— Ну, уж нет, Афеллио. Это ты у нас неубиваемый, неуязвимый и неугомонный. А я задолбался. Мне надо отдохнуть. И пока я это не сделаю, мне плевать, что там снаружи. Знаю я, что будет. Стоит нам выйти отсюда, и опять какая-то нелёгкая погонит нас по кочкам. Я хочу перед этим хотя бы нормально выспаться, — переведя взгляд на пиршественный стол, я добавил. — И отъесться. Эссенция вновь требует стройматериала.
— Хорошо. Как скажешь, — не стал спорить жезл. — Какой ранг характеристик ты уже получил?
— Ловкость редкая высокая. Задолбался её впитывать уже со штрафом. Сила и выносливость — эпические высокие. Но я всё никак не могу преодолеть границу легендарного ранга. Уже который час над этим бьюсь.
Афеллио задумчиво приложил пальцы к забралу, подпирая руку второй:
— Интересно. Может, не переводи зря камни? Сдаётся мне, что таким образом ты ранг уже и не поднимешь.
Я вздохнул:
— Похоже, ты прав. Попробую потом.
Дальше я совершенно перестал контролировать время, потому как всё, чем я занимался, это спал и ел. Потом опять спал и делал перерывы на то, чтобы поесть. А потом ел и делал перерывы на то, чтобы поспасть. Учитывая, что до этого я так знатно обворовал, можно сказать, местную казну в виде чрева Эдика, то вёл я практически образ жизни типичного депутата.
Так прошло трое земных суток. Это мне подсказал Афеллио, который обладал способностью фиксировать время во всех часовых поясах и измерениях. Сколько суток прошло в этом мире, я даже не спрашивал, так как было абсолютно плевать.
Проснувшись в очередной раз, я ощутил такую бодрость, которую не ощущал уже давно. Вот что значит здоровый сон и здоровое питание здоровыми порциями.
В комнате, где я ночевал, стояло большое зеркало, и подойдя к нему, я довольно улыбнулся. На меня вновь смотрел человек, по форме стремящийся к квадрату.
На радостях я решил это дело отметить завтраком и, пройдя в тронный зал, обнаружил Афеллио за его излюбленным занятием. А именно сотворением скелетов. Но не только. Честно говоря, от увиденного я сначала опешил, а потом разразился смехом во всю глотку.
Пока я спал, Афеллио утилизировал находящиеся во дворце трупы и склепал из них армию скелетов. Застал же я его за тем, как он, находясь во главе своей армии, разучивал танец, который я, кажется, видел в каком-то музыкальном клипе Бритни Спирс. Причём скелеты выступали его подтанцовкой, отчего картина становилась и вовсе сюрреалистичной.
— Ай, эма-а то-о-оксик! — закончил он своё сопровождающее хореографию пение.
Я зааплодировал, не прекращая смеяться, и, кажется, Афеллио смутился: