Разумеется, это мог быть лишь алтарь, открывшийся в тронном зале на месте бывшего расположения правого переднего копыта ставшего теперь статуэткой питомца.
Вот гадство! Спасение ж было так близко. Всего пару шагов и… — молнией пронеслась в голове последняя мысль, пока, потеряв так некстати равновесие, я позорно валился вниз…
Удар многострадальной головой об неудачно подвернувшуюся груду камней, с торчащими острыми гранями…
Багровая вспышка перед глазами…
Темнота…
Глава 31
— ЭЙ, АУ! ВСЕ, ХОРОШ ДРЫХНУТЬ! ПРОСЫПАЙСЯ, КОМУ СКАЗАНО! НАС ЖДУТ ВЕЛИКИЕ СВЕРШЕНИЯ!.. — этот бодрый речитатив в исполнении иерихонской трубы, внезапно выданный мне прямо в ухо, наверняка был способен разбудить даже глухого столетнего пенсионера. Вот и меня он вштырил круче любого будильника.
— А? Что? Почему?.. — ошарашенно зачастил я, мгновенно перейдя из лежачего в сидячее положение.
— Очухиваться тебе, говорю, пора уже, — растянул губы в ехидной лыбе Псих, изумрудный силуэт которого как обычно почти сливался с пылающими ромбами окружающей меня огненной решетки. — До окончания агона осталось всего пять минут. А тебе, прежде чем в переговорную возвращаться, не помешало бы еще в Омут окунуться и поотмокать там слегонца. Потому как выглядишь, словно заночевавшей в луже крови на бойне мясник.
— А как я здесь очутился-то? — задал я уже более осмысленный вопрос, рассматривая избавившиеся в хранилище от синяков и порезов руки, однако по-прежнему заляпанные потеками свернувшейся крови.
— Во-во, еще и на поболтать время понадобится, — хмыкнул в бороду вредный старик. — Эх, надо было сразу, как розоветь начал, тут же и будить. Пожалел немощного на свою голову.
— Псих, хорош с темы съезжать! Как я здесь оказался, спрашиваю?
— А че самому-то догадаться не судьба?
— Ну, Псих!..
— Да Зараза снова тебя на плиту алтаря языком закинул. Кто ж еще, кроме верного питомца, о никчемном хозяине позаботится?
— А как же погонщик? Он разве не?..
— Да размазало этого ублюдка по стенам зала собственным незавершенным заклинанием, — огорошил Псих.
— Как так?
— А вот так… Из-за того, что ты там техникой Живого камня пита в фигурку крохотную внезапно превратил, не зафиксированные окончательно тенета Ошейника скорби — это название заклинания поганца — упустили истончившуюся до считанных сантиметров шею жертвы, и атаковали ближайшую подходящую цель. Шея здоровяка орка вдвое толще человеческой, вот и вышло, что сорвавшееся с привязи заклинание атаковало собственного создателя. Увлеченный плетением Цепи подчинения орк не успел среагировать пронзателем на неожиданную подлянку. Физически же противиться Ошейнику скорби , рассчитанному на пленение грома-быка стадии динозавр, у орка банально не хватило сил. И говнюку практически сразу же всмятку разворотило сперва шею, а следом и башку с остальной тушей, расплескав содержимое черепушки и вонючие потроха ублюдка по трону, полу и стенам зала. Ты ж не увидел этого кровавого фейерверка, отключившись секундой ранее от удара башкой об кирпичную кучу…