Приземлились мы на широкую каменную площадку самого большого из обитаемых островов. Разблокировав дверцу со стороны Клотильды, эррисар света вышел из кареты и предложил руку моей компаньонке, которую та с удовольствием приняла, грациозно спустившись по небольшой лесенке на ровный настил из солонитовых плит. Я стиснула зубы, наблюдая за ними, а желтоглазая виверна, тоже смотревшая в их сторону, фыркнула, как мне показалось, насмешливо. Неожиданно для меня Варг протянул раскрытую ладонь и мне тоже, предлагая помочь спуститься. К собственному удивлению, я оперлась на его руку.
Следом за нами салон покинул и выспавшийся Персиваль, он покрутился волчком, пытаясь поймать хвост, попрыгал, разминая лапки, повертел головой и, не придумав ничего лучше, попросился ко мне на ручки. Лис был небольшим и довольно легким, да и таскать его на манер воротника я давно привыкла. Поэтому подхватила воплощенного духа и закинула себе на шею под неодобрительное хмыканье Тиль и тяжелый вздох жениха. Ну и чего они, спрашивается, так реагируют? Подумаешь, невеста с песцом на шее приехала! Не с веревкой же и мылом!
— Идемте, леди, — сказал милорд, жестом приглашая нас следовать за ним. — Ваши вещи заберут и доставят в дом чуть позже.
Клотильда подобрала пышные юбки и засеменила мелкими шажками, как и положено хорошо воспитанной аристократке, а я, пользуясь тем, что была одета в штаны и легкие ботинки, вытянула из-под скамьи дорожную сумку, достала из нее скайтовир и…
— Нет! Только не с-с-сейчас и не в моем доме! — прошипел не вовремя обернувшийся эррисар. — Мы же договорились: ты берешь с собой эту штуковину, но катаешься на ней только на улице и в безопасных местах, — припомнил он нашу беседу перед отъездом, когда я выставила на проверку будущему мужу собранные в дорогу сумки, и из одной торчала, вращая круглыми глазами, моя летающая доска.
— А разве мы не на улице? — демонстративно оглядевшись, поинтересовалась я. — Или, быть может, здесь опасно, милорд?
— Значит так, Бело…
— Снежана! — перебила я, не дав ему обозвать меня снова именем сказочной принцессы, обладающей до противного добрым нравом и наивным сердцем.
Данное им прозвище бесило. В детстве мне очень нравилась история про сбежавшую от злой мачехи красавицу и семь снежных духов, приютивших ее в ледяных чертогах. Но когда сверстники начали дразнить, уповая на созвучие наших с героиней имен и на мое внешнее сходство с этим персонажем, сказку я возненавидела.
— Или лучше леди Дигрэ, — добавила, чуть подумав. — Можно просто леди, как вам удобнее.