Это была библиотека – идеальное убежище для книжного червя. Высокие стеллажи, доходящие до самого потолка, были заполнены книгами с переплётами всех оттенков и фактур. Комната с годами почти не менялась; лишь новые корешки книг заполняли полки, рассказывая о прошедшем времени. Большие окна, закрытые тяжёлыми шторами, пропускали лишь мягкий рассеянный свет, создавая атмосферу уюта и спокойствия.
За массивным письменным столом сидел Гектор – приятный мужчина преклонного возраста. Поговаривали, что в молодости он был высоким красавцем, боевым магом, но многочисленные битвы не прошли бесследно. Заклинание противника покалечило его и крепкие кости постепенно скручивались, пригибая Гектора к земле. Слуги шептались, что мажордома каждый день мучают страшные боли, но я никогда не слышала от него ни одной жалобы.
Гектор пригладил свои зачесанные назад серебристые волосы и сделал жест гвардейцам удалиться.
– Присаживайся, Валентайна, – мягко произнёс он, указывая на удобное кресло рядом с камином. Его голос был тёплым и успокаивающим, словно старый друг, готовый выслушать и помочь.
Я осторожно подошла и села, ощущая, как мягкая ткань кресла обнимает меня. Стражники тихо покинули комнату, закрыв за собой дверь.
Трещание дров в камине и лёгкий аромат старых книг, сколько я себя помню, эта комната не менялась. Менялись только корешки книг.
– Я думала, что меня ведут к отчиму – тихо сказала я, глядя на мерцающие огоньки в камине.
Гектор внимательно посмотрел на меня, затем на нянечку и грустно вздохнул.
– Валентайна, – начал он тихо, – король еще не знает о твоём побеге. Мне тяжело говорить это, но пути назад нет. Боюсь, наш король теряет рассудок, и этот чудовищный брак – тому подтверждение.
Мажордом бросил взгляд на татуировку обручения на моём запястье, и я инстинктивно прижала руку к груди.
– Что же делать? – прошептала я, чувствуя, как голос предательски дрожит.
Я опустила глаза, с трудом сдерживая слёзы.
– Он король, и его слово – закон. Вам нужно бежать.
– Так чего ты нас остановил, старый хрен?! – вмешалась нянечка, упирая руки в крепкие бока.
– А оттого, – огрызнулся Гектор, – что побольше твоего знаю.
Ходили слухи, что когда-то нянечка и мажордом были женаты. И, наблюдая за ними, я вдруг поняла, что это правда. И, кажется, между ними даже в таком преклонном возрасте все еще была искра. Глупо, но именно в этот момент беспросветная тоска и ужас в моей душе отступили. Мама говорила, что ростки любви пробиваются везде, их только нужно увидеть. А раз есть любовь, есть и надежда.
– И чего это ты такое знаешь о побегах, библиотечный червь? Мы б через погреб и за стену, – не унималась нянечка.