Беда опера Тихого, или Женюсь на тебе, рыжая
Алексей Тихий
Я пытался не проглотить от смеха зажженную сигарету, глядя на задержанного. Мужик, красный как рак, хватал ртом воздух и трясся от ярости. От вибрации цепь на кожаном ошейнике, надетом на его шее, тряслась с характерным звуком, а свободный край с кожаной петлей бил по голому животу.
Когда мой взгляд опустился ниже, то встретился со взглядом игрушечного слоника прямо на том самом месте, которые нормальные мужики не демонстрируют всем подряд. Пластиковые глаза-бусины игриво переливались в лучах солнца, падающих из окна моего кабинета.
Собственно, кроме ошейника и ни в чем не повинного слоника, на задержанном ничего не было. Тот уже минуту пытался что-то сказать, перекатываясь босыми ступнями с пятки на носок. Руки жертвы осеннего обострения были скованы наручниками за спиной, и тот без конца дергал плечами.
Я перевел взгляд на крашенную желтой краской стену, на свой рабочий стол, заваленный папками с документами, подвинул ближе пепельницу, отодвинул подальше, стряхнул пепел и снова вернул взгляд на морду розового слона.
— Рассказывай, — прокашлявшись, приказал я, собственно, владельцу розового плюшевого слона на самом дорогом, что есть у мужика.
Мужик в компании двоих лейтенантов из ППС краснел, бледнел и стыдливо пытался слона прикрыть, скрестив ноги. Парни за его спиной тихо ржали, а я все еще боролся со своими глазами, которые очень хотели встретиться на переносице.
— Дуры! — выплюнул мужик.
— Информативно, — с умным видом согласился я, делая затяжку, чтобы не заржать.
— Садись, красавчик, только хобот на стол не клади, — вздохнул я, взглядом указывая на стул, стоящий напротив моего стола. — Имя, фамилия, отчество, год рождения.
— Филимонов Петр Иванович, — процедил мужик, изображая столбняк.
— Куда шел в таком виде? — индифферентно уточнил я.
Надоели идиоты! Осень только началась, а у них обострения уже хреначат со страшной силой.
— Начальник, нормальный я, не псих, — вздохнул Петр Иванович.
— А так и не скажешь, — съязвил я, имея я виду его внешний вид.
— Да бабы дуры! — сплюнул он. — Сигареткой не поделишься?
— Да бери, конечно, — я подвинул ему пачку сигарет по столешнице.
Посмотрел на парней, те сняли наручники, а бедолага трясущимися руками достал сигарету из пачки, чиркнул зажигалкой и со смаком затянулся.
— Жена с любовницей отомстить решили.
Парни из патрульно-постовой задержались, чтобы дослушать, я же примерно представлял, что было дальше. Один закусил кулак, второй задержал дыхание.