— Я начинаю, герр Густав… — Ференц тянет палаш из ножен, поднимает его и… замирает. Обух топорика на длинной рукояти — останавливает его руку, уперевшись в запястье. Он пытается сдвинуться в сторону, но топорик — толкает его руку, заставляя развернуться.
— Все. — говорит Густав: — ты труп.
— У него структура твердая, а ты на ногах едва держишься. — кивает Рудольф: — говорил же что старый Густав с топориком как боженька. Не по чину, это да, но… — он качает головой: — видел бы ты что он с ним в бою творит… саблей доспех не пробьешь. А он своим топориком как клевцом броньку разваливает. Как крюк может использовать, блокировать… топорик легкий и на длинной рукояти. А старина Густав быстрый и жесткий. Понял?
— Спасибо за урок, герр Густав. — Ференц убирает палаш в ножны: — я понял. Не стоит недооценивать противника.
— Все-таки ты такая зануда, Ференц. — вздыхает Рудольф: — испортили тебя в семинарии эти святоши. О! А хочешь девку? Эту, которая Иванка? Я договорюсь!
— Спасибо, герр лейтенант, не стоит. Разрешите идти?
Дверь внизу хлопнула. Тяжёлые шаги по лестнице — размеренные, уверенные, шаги человека, который привык входить без стука. Рудольф и Густав переглянулись.
— Мы кого-то ждем? — спрашивает Рудольф, откидываясь в кресле и глядя на дверь: — кто такой борзый что без доклада?
На пороге появился Томаззо Верди, Квестор Примус Четвёртого Круга. Высокий, сухой, в чёрном дорожном камзоле Инквизиции без знаков различия — только серебряная цепь на груди с печатью Ордена. Лицо — узкое, бритое, с глубокими складками у рта, из тех лиц, что не улыбаются, а если улыбаются — лучше бы не улыбались. Глаза тёмные, спокойные, как вода в колодце.
За ним вошёл послушник с деревянным ящиком в руках. Поставил ящик на стол, рядом с остатками ужина и недопитой бутылью вина. Встал у стены, опустив глаза.
— Герр лейтенант, — сказал Верди. Не поздоровался. Не спросил разрешения. Вошёл и заговорил — так заходит хозяин в конюшню, проверить лошадей.
— Квестор. — Рудольф откинулся на стуле, скрестив руки.
— Мы разыскиваем одного некроманта и его спутницу. Вы знаете, modus operandi некроманта?
— Некромант поднимает мертвецов, — сказал Густав, преувеличенно внимательно разглядывая лезвие своего топора.
— Поднимает мертвецов, — повторил Верди терпеливо, как учитель, который объясняет очевидное тупому ученику. — Каждый убитый солдат — это не потеря. Это пополнение его армии. Вы убиваете десять его людей — у вас минус десять. У него — плюс десять. Вы убиваете двадцать — у него двадцать мертвецов, которые не чувствуют боли, не устают и не боятся. Чем больше вы убиваете — тем сильнее он становится. Понимаете арифметику?