— И мне, и мне! — взвизгнула Лизка, стул под ней чуть скрипнул, судя по звукам, она болтала под ним ногами.
— Бардак! — буквально выплюнул Фёдор Александрович и бросил салфетку на стол.
Я не стала обращать внимания, гнуть своё, так гнуть по полной. В монастырь не сошлёт. Единственное, что мне грозит, это попытка выдать меня замуж насильно, но это противоречит настрою отца, он же сам говорит, что меня никто не возьмёт. Вряд ли он будет позориться и искать мне мужа среди простолюдинов. Ведь это семейка — дворяне. Как ни смешно, но я, оказывается, баронесса. Отец — отставной полковник, как я помню, даже поместье с крестьянами есть. Так что не хухры-мухры.
Но перегибать палку всё равно не стоит. Просто мелкие шалости и постепенное доказательство, что я не пустое место и со мной нужно считаться.
Вернёмся к пирогу, — улыбнулась. Тесто было тонкое, начинки много, с кусочками, а запах… очень сложный, многогранный, у меня аж голова закружилась.
Взяла десертную вилку и, отломив кусочек, отправила в рот и непроизвольно замычала.
— Это кто такой чудо сотворил? В ресторане заказывали? — ну не верилось мне, что это сделал обычный домашний повар.
— Нет, — на лице мамы было удивление. — Акулина из привезённых от тётушки персиков сделала, в этом годе урожай знатный.
Персики? — я была в замешательстве.
— А что там добавили, что на абрикосы похоже? — стало любопытно. Хотя да, теперь я явно чувствую персик.
— Даша, позови Акулину, — обратилась к одной из служанок Светлана Юрьевна. Она странно, но с интересом на меня смотрела и решила поддержать тему.
Я ждала типичную крупную такую кухарку, с розовыми щеками, но пришла худенькая серьёзная женщина средних лет, больше смахивающая на училку.
— Акулина, что за начинка у этого чуда? — спросила я, и потому как она выдохнула, поняла, женщина ждала недовольства блюдами.
— Так яблоки, персики и потёртые корочки апельсина.
— Очень вкусно! Спасибо, — искренне похвалила и вернулась к поеданию пирога. В столовой повисла тишина.
— Мне дадут пирог⁈ — Елизавета буквально выкрикнула, состроив капризную мордашку и сложив руки на груди.
Основные блюда были забыты и унесены недоеденными. Быстро подали напитки, домочадцы переключились на выпечку. Я сумела у всех возбудить аппетит, даже отец поддался общему настроению.
Обстановка вроде разрядилась, и обед закончился спокойно.
Меня разморило от съеденного, и я отправилась к себе в комнату. Конечно, было желание зайти в библиотеку и выбрать книжку, но глаза буквально слипались. Подспудно подумалось, что может сейчас усну и очнусь в своей жизни, но как-то слабо верилось.