Волконская улыбнулась и нежно провела по округлившемуся животу:
— Передайте еще, что у меня будет от него ребенок… может хоть это событие заставит Андрея вернуться…
Вот это новости…
— Екатерина Кирилловна, при встрече обязательно передам обо всем кузену. У меня к вам только одна просьба, отпишите дядюшке в Петербург, что не имеете материальных претензий к Никитину, а то князь Волконский рвет и мечет, уже самому императору пожаловался…
— Дядюшка действительно страшен в гневе… Хорошо, напишу, но только с одним условием. Если вы отобедаете со мной, милый кузин моего сбежавшего жениха…
— Всенепременно отобедаю…
Время уже приближалось к пяти часам, однако я прекрасно знал, что иные аристократы обедали в любое время, в какое им только заблагорассудится…
Служанка принесла в беседку тарелки с лапшой, мясные нарезки, кулебяки с капустой, вареники и блинчики с медом. Поставила на соседний столик пыхтящий самовар.
— Так вы тоже с Нижнего Поволжья? — спросила графиня.
— Да, имею небольшое поместье, копаемся понемногу…
Когда я опустошил тарелку с лапшой и приступил к кулебяке, графиня неожиданно спросила:
— Говорят, у вас на Волге много смутьянов…
— Нет, это совершенно не так. По крайней мере, в нашем уезде все спокойно.
— Мужиков часто порете?
— Екатерина Кирилловна, я вовсе не сторонник физического наказания.
— Сажаете в сырую яму? В колодки?
— Да нет же… — рассмеялся я.– Нашел с крепостными общий язык. У нас почти не бывает конфликтов.
— Да бросьте вы, помещик… как можно найти с чернью общий язык? Они же ненавидят нас всей душой. Дайте им только слабину и волю! Да вспомните хоть Емельку Пугачева…
— Открою вам страшную тайну. Я даже женился на крепостной.
— Да вы просто сумасшедший,– покачала головой графиня.– Впрочем, все Никитины немного сумасбродны… скажите, когда вы видели Андрюшу?
— Месяца полтора назад. Он заезжал попрощаться, когда я лежал в больнице.
— А что произошло?
— Пустяки. В меня стрелял один безумный майор-революционер.
Графиня с восхищением взглянула на меня:
— Mon sher ami, какие удивительные события происходят у вас на Волге, не то что здесь, в скучной Москве…
— Уж вам- то в Москве скучать… да ни в жизнь не поверю…
Волконская задумалась.
— Знаете, когда я была еще девочкой, император Николай в честь коронации устроил народные гуляния на Девичьем поле… Все уставили огромными столами с окороками, телятиной и пирамидами с печеньями. Звучала музыка, выступали волтижеры в балаганах, поставили карусели и качели, фонтаны, все необыкновенно празднично украсили цветами и гирляндами. На праздник явилась толпа тысяч пять, среди них мелкие ремесленники, бродяги, чернь и простолюдины… одним словом, полный сброд. Дворян и мещян было в несколько раз меньше. Когда приехал император с кавалергардами, он тут же объявил: «Все для вас, мой любимый народ…» Веревки с ограждениями убрали и толпа страждущих сразу набросилась на угощение. Все смели, переломали столы и сломали фонтаны, разрушили балаганы. Чернь даже стала обдирать драпировку и уносить с собой стулья. Начались драки, дамы визжали в ложах… Обер-полицмейстер Шульгин с эскадроном казаков принялись работать нагайками, но беспорядки не прекратились. Пригнали пожарных, которые разгоняли дебоширов водой. К счастью, обошлось без жертв. Но очень много тогда было ушибленных и покалеченных…