— Лучше пусть так и будет, — ответил я.
— 321й, Тарелочке, вижу за вами…
Что-то ещё произнёс в эфир оператор, но я уже этого не услышал.
Яркие лучи солнца показались из-за горизонта, но воздух разрезали другие «лучи». А именно — пунктиры зенитных средств.
— С воды работают! — сказал я в эфир и заложил правый крен.
Ещё манёвр по направлению, и очередь прошла совсем рядом. Откуда тут пулемёты появились?
— 321й, выше уходи, очередь! — прозвучал голос Ветрова.
Я развернул самолёт, но в поле зрения попалась ещё одна напасть.
— 014й, запретил работу. На коробочку уходи, — дал я команду Ветрову.
В последний момент заметил, что в нашу сторону летит ракета, извиваясь белой змеёй.
— Отстрел! — скомандовал я, выполнил переворот и ушёл на предельно-малую высоту.
Вдавило в кресло, перед глазами только водная гладь.
— Мимо прошла, — радостно произнёс Ветров.
А я вот ещё не радовался! Самолёт вывел в горизонтальный полёт, но не совсем удачно. Чуть было не спикировал на небольшой военный корабль, который продолжал отстреливаться крупнокалиберными пулемётами.
— Союзники не в курсе? — крикнул я в эфир, но там тишина.
Стрельба, правда, прекратилась. Разглядели нас, но проблемы не исчезли.
— Меня облучают. Сзади! — громко сказал в эфир Ветров.
Я посмотрел по сторонам, но пока ничего. Ни метки на локаторе, ни визуальных признаков ракеты нет.
— Отворот под 90°. Давай! — дал я команду Ветрову.
— Уже сделал. Не помогло.
— Давай влево, переворот и отстрел! — громко сказал я.
Смотрю, но пока ничего. Нас тогда чего не облучают? Ещё и солнце слепит. Вижу впереди, как небо озаряют вспышки ловушек, и к самолёту Ветрова приближается первая ракета. Отстрел ловушек. Взрыв!
Ещё одна на подходе, и снова разрыв. Третья отворачивает и уходит в сторону.
Ищу глазами Ветрова, но ничего. Вдалеке только показался силуэт самолёта, но не могу пока разглядеть чей борт.
— 014й, 321му, — запросил я в эфир Пашу, но ничего.
— Я взрыва не видел, — сказал Морозов по внутренней связи.
— 014й! — повторил я.
Тут же со всех сторон начали докладывать, кто и что видел. Ветрова вызывают на связь, а он молчит. Такого не может быть. Я всё видел, и попадания ракеты не было.
— Тарелочка, 321, снижаюсь, чтобы посмотреть внизу, — доложил я.
Только я собрался отклонить ручку влево и уйти со снижением, как вдруг в зеркале показался знакомый силуэт самолёта МиГ-29.
— Не надо, — тихо проговорил Паша.
— Чего молчал⁈ — выругался в эфир Морозов.
Меня тоже напрягла эта ситуация, но Коля не смог сдержаться.
— Мне слова не дали сказать. Всем интересно, как у меня дела, а я даже кнопку не могу нажать. Тряхнуло здорово, — доложил Ветров и пристроился справа.