Впрочем, устранение противника повлекло за собой выпад моего наставника по фехтованию. Мастер Пиандао, обучивший меня многим премудростям воина, где-то допустил ошибку, воспитав бесчестное чудовище. За это ему можно быть благодарным: чудовищный подход помог мне избежать множества опасных ситуаций между жизнью и смертью, особенно под личиной Лао.
Недооценивать противника было бы глупо.
Высвободив ледяное пламя и кристаллизовав его, я создал меч, которым заблокировал вертикальный разрез. Мы были в шаговой доступности, поэтому мастера стихий решили не вмешиваться, чтобы не задеть союзника — фатальное решение — они отдали мне союзника на убой.
Наши клинки вновь лязгнули, встречаясь в вихре. Хотя до циркулярной пилы по металлу было далеко, наша молниеносная скорость и смертельный танец заставили меч Пиандао искриться. Красивое зрелище, но вредное для глаз.
Сменив стойку, я обрушил на мастера Пиандао ряд сокрушительных ударов, стараясь причинить максимальную боль его рукам. Он же, благодаря ловкости и боевому опыту, парировал мои выпады с филигранной точностью, постоянно ускользая от ранений.
В какой-то момент я поддался ностальгии, особенно когда наши движения слились в единый поток. Образы мелькали в уголке сознания, напоминая моменты, когда я пытался прыгнуть выше головы — победить мастера за счет магии крови. Но с тех пор многое изменилось. Теперь, при двухкратном ускорении, предназначенном для контроля всех магов стихий, я сравнялся со своим мастером по фехтованию в опыте.
Жаль только, что он постарел и ослаб после наших тренировок. Через две минуты мастер начал уставать от моего натиска, его движения стали медлительнее, а взгляд — менее сосредоточенным на процессе. Подобный расклад заметил не только я, но и союзники Пиандао. Мне пришлось сблизиться с противником еще сильнее, осыпая его градом быстрых и коротких ударов, мешающих его союзникам вмешаться в поединок. Мастер Пиандао сдерживал этот натиск, но магия крови подсказывала, что его тело на пределе и активно сдаёт позиции.
— Огорчает, — пробормотал он, едва не прикусив язык из-за быстрого обмена ударами. — Что среди всех моих учеников именно ты превзошел учителя.
— Спасибо за последний урок, — кивнул я, отскакивая от земли.
Царь Буми вмешался, чтобы спасти своего товарища, за долю секунды подняв преграду. Но я не собирался отступать. Увеличив скорость в разы, моё тело пулей обогнуло стену и оказалось позади мастера. Всего один взмах, и он перечеркнул наши давние отношения.
Прежде чем его голова коснулась пола, я пробормотал: