— Сейчас будет, — ответила Лийга. — Не надо только её вызывать, вы же знаете, что её раздражает, когда подсматривают.
— Мы и не думали подсматривать, — возразил Скрипач.
— Вот только ей вы это не докажете, — вздохнула Лийга. — Подождём, она скоро должна прийти.
— Ты следила? — спросил Скрипач, когда Дана через полчаса появилась, наконец, в каюте.
— Угу, — кивнула Дана. — Трусишка зайка серенький под елочкой скакал. И ускакал, разумеется, как только понял, что волки все в намордниках, и за бочок его кусать поэтому не будут.
— Ты хочешь сказать, что мы — это волки в намордниках? — удивился Скрипач.
— А разве нет? — Дана повернулась к нему. — Именно что волки в намордниках. Были бы без, приказали бы доставить сюда и зайчика, и зайчиху, и зайчонка заодно, потому что как же зайчонку без зайчихи, правда?
— Зайчонок универ заканчивает, — напомнил Скрипач.
— И что? — хмыкнула Дана. — При таком папаше и такой мамаше он либо инфантилен, либо разбалован, либо и то, и другое, поэтому без зайчихи ему никуда. Это была бы супер-пупер-трагедия, — Дана покачала головой. — Как представлю себе, аж в дрожь бросает.
— Ты о чём? — не понял Скрипач.
— Ну как это о чём? — удивилась Дана. — Сто против одного, что зайчонку они ничего не рассказывали. А теперь — как эта ситуация выглядела бы с точки зрения нашего зайки. Его прекрасных родителей неведомые инопланетяне затаскивают на летающую тарелку, заодно прихватив и его самого, а позже выясняется, что его дражайший папа должен уйти в другое измерение — обычно люди это так называют, откуда им про Сферу знать — а мама должна поспособствовать этому уходу. Почему? А потому что так надо. Объяснения вряд ли сработают, потому что для осмысления этих объяснений нужны годы. И чего? Это разве не трагедия?
— Да, это именно что трагедия, — сказал доселе молчавший Ит. — Для парня такие события стали бы трагедией уж точно. Не знаю, инфантилен он, избалован, или нормальный, но расставание с отцом, да еще и с давлением на мать и с её участием, вряд ли повлияло бы на него положительно. В этом ты права.
— Ха, разумеется, я права, — пожала плечами Дана. — Но теперь толку-то про это говорить. Зайца мы отпустили, и скатертью дорога. Просто ощущение гадкое, — добавила она уже другим тоном.
— Потому что он нас предал? — спросил Скрипач.
— Не, ты чего. Он нас не предавал, не думал даже, — покачала головой Дана. — Это другое. Просто… так получается немного нечестно.
— В каком смысле? — не понял Ит.
— В том, что Вета Штерц не будет принимать в этом всём участие, — объяснила Дана. — Только я. Ну и ладно. Может быть, так даже правильно. В одном он не ошибся, как мне показалось.