— Мне нужно кое-что изучить, — в итоге сказал я. — Затем я скажу вам, берусь или нет.
— Конечно же, — с легким разочарованием ответил Зотов. — Если вам в этом потребуется моя помощь, готов её предоставить.
Я пристально на него посмотрел и помотал головой, поблагодарив. К этому никак было не привязать ситуацию с его дочерью. Разве что проклятие придумать, родовое. Но обманом и запугиванием получать нужное было в не в моих принципах. Найду другой, приемлемый способ.
Никаких проклятий, наложенных на земли, я тоже не ощутил. Уж темный след был бы при проверке для меня как на ладони. Сила смерти дремала во мне, периодически давая о себе знать.
Конечно, если взяться за исследование этих мест серьёзно, погрузившись в старинные слои магического фона, наверняка что-то найдется. Но уйти на это могли годы.
Да и не моя это работа. Моя — сделать артефакт, способный помочь людям.
Обратный путь мы проделали молча. Только пес весело гавкал, сообщая хозяину о местном зверье. Чем ближе мы подходили к деревне, тем оживленнее становился лес. Разноголосо пели птицы, по стволам резво забирались ввысь белки, где-то упрямо долбил дятел, пару раз я даже заметил шустрых зайцев, стремглав скрывшихся в зарослях.
— Там ручей, — граф указал в сторону. — Туда всё зверьё приходит, по очереди причем. Крупные к закату, с утра мелочь всякая. А в полдень лиса объявляется. Прямо как по расписанию, представьте. И никто возле воды друг друга не трогает.
Я лишь улыбнулся его словам. Он будто увлекательную сказку рассказывал детворе, так глаза загорелись.
Похоже, что всё-таки проклятье было. На самом Зотове. Но это выяснить можно было только двумя способами. Либо он сам признается, либо нужно заполучить его кровь и провести над ней некоторые манипуляции. Это если без силовых методов и грубого вмешательства.
Чем ещё, кроме проклятья, объяснить такую перемену не только характера, но и даже внешности, я не знал.
Вот уж действительно самый необычный заказчик из всех, кто у меня был.
Мы вышли к полю, на котором и планировалось устраивать главный этап охоты. За пролесками раскинулись ещё несколько. По ним и будут гнать зверя, настигая того верхом.
В такой солнечный погожий день угроза казалась далекой и маловероятной. Парило, и от травы исходил густой аромат сухоцвета. Деловито гудели шмели и трудолюбиво жужжали пчелы.
Нет, ну красота!
Всё же владения Зотова были какие-то особенные, притягивающие этой чудесной пасторалью и простотой.
Проходя мимо пастбища коров, я усмехнулся. Вот он, истинный аромат альпийских лугов. Главные кормилицы окрестных деревень меланхолично жевали траву и лениво отгоняли хвостами насекомых, провожая нас взглядом. Под кустом дремал пастух с соломинкой в зубах.