Рем медленно выдохнул и принялся совать в ножны меч, который вовсе пришёл в негодность и не хотел лезть в узкий паз меж двух роговых пластин. Баннерет чувствовал, что уже сыт по горло общением со старшим братом, но впереди было ещё много, очень много дел…
Ровный строй мальчиков Флоя стоял вдоль линии прибоя, корабли за их спинами спускали паруса. Некоторые из воинов прятали глаза, разглядывая носки шикарных сапожек и явно неловко чувствуя себя в шёлковых дублетах и покрытых цветочной гравировкой кирасах. Другие же нагло ухмылялись и откровенно одобряли бойню, которую Арканы учинили на острове Аир.
— Тиберий, дорогой, произошла такая нелепость! Представляешь, эскадра Жоанаров в полном составе присягнула мне, как только узнала о том, что Виктор убит, а над Цитаделью Чайки развевается чёрный флаг! — Флой шагал по песчаному берегу, всматриваясь в лица своих вассалов — новых и старых. — Они были дурно одеты, неумыты, нечёсаны и вели себя как сущие невежи! Но погляди, теперь они похожи на хороших мальчиков!
Мотивацию маркизовых моряков понять было можно: служить Арканам они не хотели, это выглядело бы подлостью. Идти под руку дю Грифона при происходящей неразберихе с герцогским скипетром? Нет уж, увольте, это были не башелье, служащие самой идее государства, а не конкретной личности. Моряки — люди практичные. Ну а дю Массакр и вовсе запятнал себя сотрудничеством с гёзами, офицеры эскадры и своих господ-маркизов осуждали за союз с извечными врагами, но вынужденно подчинялись вассальной клятве.
Флой же, несмотря на всю свою экстравагантность, был известен тем, что то ли по придури своей, то ли из тонкого расчёта создавал для своих людей условия чуть не райские, требуя взамен одного: жить в его, Флоевой, реальности. Играть те роли, которые он, Флой, им определил.
Если виконт считал, что хороший мальчик должен носить крокодиловые сапожки и завивать волосы — то будь добр делать это, и тогда рука дающего не оскудеет и жизнь будет яркой и полной изысканных удовольствий. Претит носить розовый дублет? Пшёл прочь, к остальным некультурным и невоспитанным оборванцам! Так что суровые служаки из флота марки тщательно причёсывали локоны, а у кого не хватало своих волос — использовали парики. Судя по всему, Флой был в целом доволен качеством пополнения и потому пребывал в благодушном состоянии. Однако оказалось, что для его приподнятого настроения была и другая веская причина. Точнее — целых четыре причины.
— Милый Тиберий, ты представляешь… Ко мне в гости пожаловал известный маг Джероламо из Аскеронской Башни. Он славится как искусный целитель. И представь себе, когда мои любезные озорницы заглянули к нам в беседку, чтобы… Чтобы приятно провести время всем вместе, маэстру Джероламо вдруг заявил, что обе они — беременны! От меня! И у обеих — двойни! И все — девочки! — Флой запрокинул голову и бархатным своим баритоном раскатисто рассмеялся: — А-ха-ха-ха, я был так удивлён, так обескуражен, что даже начал выпивать! Выпивал примерно шестнадцать часов, восемь минут и тридцать девять секунд, а потом решил, что больше не стоит, а то вдруг я снова превращусь в пьяницу? Мне ведь не хочется, чтобы рядом с моими дочками проводил время какой-то алкоголик? А-ха-ха-ха!