И Рем уже имел возможность наблюдать, как эти ребята ими пользуются. Мальчики Флоя — вот кто это были! Один из офицеров поднёс ко рту медный рупор и выкрикнул:
— Эй, на каракке! Назовите себя и цель прибытия к острову Любви! Или будете атакованы!
Аркан перегнулся через борт:
— Баннерет Тиберий Аркан с дружиной в гости к доброму другу виконту Флою!
На головном скампавее на секунду замешкались, а потом раздались короткие команды — и тетивы скорпионов были ослаблены, а экипажи и солдаты занялись обычными делами, уже не готовясь к бою.
— Ложитесь в дрейф, мы возьмём вас на буксир. На парусах по шхерам не пройти, угробите корабль! — Расстояние между судами уже позволяло слышать друг друга. — Господин предупреждал, что может появиться кто-то из Арканов… Ваша помощь будет не лишней — ублюдки Массакра то и дело наведываются в эти воды, мы практически на осадном положении.
Аркан на это ничего не ответил, но глубоко задумался: он ведь предполагал сам просить помощи у Флоя, но получалось несколько иначе… Однако от предложения буксировки отказываться было в любом случае глупо, и он махнул рукой Ирвингу:
— Командуйте.
— Спустить паруса, кх-х-х-х… — просипел тот.
Его голос едва-едва начал восстанавливаться, и потому все команды дублировал кто-то из сержантов.
— СПУСТИТЬ ПАРУСА!!! — рявкнул Шарль так, что и мёртвый бы услышал.
Матросы засуетились, принимаясь за работу. Нужно было успеть войти в гавань до наступления темноты.
Он просто взял — и воплотил самые пошлые, самые банальные мечты о рае, этот Флой! Самое вульгарное понятие о неземном блаженстве, каким представляют его себе пьяницы в кабаках и торговцы подсолнечными семечками и орехами на рынке.
Всё было как на кустарных росписях деревенских оптиматских церквушек. Фруктовые деревья — частью в цвету, частью с гнущимися от спелых плодов ветвями. Прекрасные девы в белых одеяниях, музицирующие в их тени и подносящие изысканные яства и напитки. Ручные птицы и звери, изящные беседки и роскошные павильоны, кристально чистые фонтаны, изумрудная трава…
Конечно, зимой всё это выглядело немного тускло, да и одеяния ангелочков были потеплее, и цветов — поменьше, но всё-таки, всё-таки… Рем Тиберий Аркан и его верная дружина стояли на белоснежной пристани, украшенной мраморными скульптурами и арками, и не могли понять — это сон или явь?
Всё началось с той самой золотой цепи, которая преграждала кораблям путь во внутреннюю часть острова. Конечно, она была лишь покрыта сусальным золотом, а изготовлена из стали. Но всё равно производила неизгладимое впечатление, как и колоссальная, пятидесяти локтей в высоту, статуя прекрасной полуобнажённой девушки с фонарём в руках у входа в гавань. Из фонаря лился поток магического света — это был маяк! А теперь ещё и райские сады с гуриями… Для битых жизнью, прошедших огонь и воду мужиков подобное зрелище было сродни крепкому удару под дых.