— Долго он так будет орать? — поинтересовался вор, убирая в заплечный мешок ранее украденные артефакты.
— Через двадцать минут он должен начать просить прощения у Черных Кинжалов. После того, как извинится тысячу раз — умрет.
— Есть такая магия? — удивился вор.
— Нет, там лой считать будет.
— А-а-а… У тебя духовный контракт с лоем? Никогда не слышал, чтобы они заключали договор с людьми.
— Долгая история.
— А маги не снимут этого парня раньше?
— Нет. Я так запутал это заклинание, что сам не до конца понял, как это сделал.
В этот момент внизу посреди толпы, с ужасом взиравшей на корчащегося над ними в муках окровавленного мужчину, стояла пожилая женщина. Женщина поправила своей сухой костлявой рукой глубокий капюшон, еще некоторое время посмотрела на пронизанного воздушными жгутами человека, после чего резко развернулась и пошла к выходу с рынка. Очевидно, в этот день здесь купить что-либо полезное у нее не получится.
— Маленький ублюдок, — проворчала женщина про себя. — Это самый кровавый экзамен на старшего мастера, о котором я только слышала.
— Отличная работа, — довольно встретил Наиля Паук. — Ты сделал немалые успехи в магии. Предателя до сих пор никто не смог снять. Как только сумел закрепить его прямо в воздухе? Почему не пользуешься магическим даром — не понимаю. Ну да дело твое. Этот парень орет и извиняется перед гильдией, дознаватели носятся, словно безумные. Название нашей гильдии теперь даже шепотом боятся произносить.
Глава потирал ладошки от удовольствия и, кажется, даже помолодел.
— Я собираюсь вернуться на восточную границу.
— Твое право, Дарнаку сейчас не помешает рядом надежный человек. Мой брат совсем сдает в последнее время.
— Я знаю об этом.
— Ну хорошо. Будь осторожен. О тебе наводил справки Пятый принц.
— Понял.
— И еще… Наиль, ты знаешь, кто занял твое место в разведке под пятым номером?
— Никогда не интересовался другими. А что?
— Парень из наших. Бойцы говорили, что чувствуют от него нашу статусную татуировку. Последние пять лет у нас пропало немало мастеров смерти.
— И что мне с этим делать?
— Я не могу тебя здесь ни о чем просить. Все же, ты принадлежишь разведке даже больше, чем Черным Кинжалам. С одной стороны, он служит короне, как я всегда хотел служить, но с другой… Служить под рабским артефактом — это совсем другое дело.
— Если встречусь с ним — посмотрю, что можно сделать.
— Спасибо.
— А ты, оказывается, ценишь своих людей гораздо больше, чем показываешь, — усмехнулся Наиль.
— Иди к черту! — рыкнул Паук, жестом показав парню выметаться.
Наиль покинул гильдию и направился тайными ходами в свой особняк. По пути его догнала сделанная из магии белая птичка с клочком бумаги в клюве. Парень ощутил знакомую энергию и позволил птичке сесть на свою руку. Та вложила ему в ладонь бумагу и растворилась в воздухе.