Всё ещё еле ползая, тварь уже оплевала оборону товарищей, а теперь занялась мной. Получай, легитская ты сволочь!
Навершие жезла, уже похожее на белый кокон, с хлюпаньем вонзилось в один из множества глаз демона. В остальных отразился непередаваемый ужас.
— Боишься⁈ — прошипел я в азарте. — И правильно делаешь! Скоро я принесу свет справедливости и в ваш ничтожный тёмный мир, демон!
Я с силой дёрнул жезл на себя… навершие с тихим чавканьем оторвалось, оставшись в глазнице врага. В руке у меня осталась рукоять, больше похожая на гнилую трухлявую ветку.
Так что на этот раз я успел увидеть действие Белой Гнили воочию. Я не видел этого уже полтора столетия — и, видят боги, не хотел бы видеть ещё столько же!
В первый миг демон взревел и ещё попытался дёрнуть меня всеми своими шестью клешнями. Попытался. Потому что через мгновение его клешни повисли ручками сломанной куклы. А тёмный свет в глазах начал меркнуть.
— Так вот каков… твой свет, маг… — уже совсем тихо проблеяла одна из голов… а затем из её пасти стремительно полезли белые нити миллионов грибковых спор.
Да. Белая Гниль — это паразитический грибок. Самый страшных из когда-либо созданных нашими магами.
Прошло всего несколько секунд. Десять, может пятнадцать. А на месте насекомоподобной твари почти в четыре метра ростам осталась гниющая лужа разжиженных внутренностей, из которой маленьким лесом во все стороны торчали невесомые белые нити, ища новую жертву.
Тут же портировавшись подальше, я огляделся. Четыре твари стали жидкими лужицами и явно уже ничего не отрастят — всё просто сожрёт грибок.
Ещё несколько, растущих из рук и их ошмётков, уже точно не успеют стать полноценными. Сейчас мы с ними разделаемся.
Значит, остался один. Тот, которого покалечила Рина.
Не медля ни секунды — тварь уже явно готовиться пересечь кромку миров! — я рванул к врагу, изо всех сил сжимая в кулаке гнилой обломок жезла, почти уже замещённый грибком.
У меня есть всего пара секунд! Слабость этого грибка в том, что он не может расти без прямой магической подпитки!
Как только жезл распадётся, он либо погибнет… либо мне придётся впускать его в собственное тело!
Я успел. Вонзил кусок палки под одну из двенадцати лопаток демона, когда он уже начал терять чёткость. Я ещё успел увидеть, как разжижается в миг его кожа и кости… а потом останки всё-таки исчезли в мареве перехода.
Куда бы он не отправился — теперь и этот мир познакомится с отвратным детищем моих «родных» магов.
— О-хе-реть!.. — протянла Рина, оглядывая поле боя, залитое чёрно-белой кашицей, оставшейся от жутких бессмертных тварей.