— Что происходит⁈ — завопил он, перекрикивая грохот идущего повсюду боя. — Я же исполнил договор! Почему я… ПОЧЕМУ Я ВСЁ ЕЩЁ ОБЫЧНЫЙ ЧЕЛОВЕК⁈
Погоди, дружище. Погоди. Скоро тебе воздадут всё… что ты заслуживаешь!
Пылающей Скверной кометой я устремился в груду руин. Именно туда, где прямо сейчас парочка простых смертных: один почти весь механический, а вторая лишь усталая женщина средних лет, вытаскивали из под обломков одного из гвардейцев.
Не выпуская, впрочем, камеры. Они-то мне и нужны!
Взрыв!!! — руины разметало как карточный домик, а гвардеец, который и так уже явно не жилец, обратился лужей вонючей жижи. Я потрудился рухнуть так, чтобы всё это засек объектив телекамеры.
Настя с Мироном в ужасе отшатнулись.
— Костя! Костя, это ты⁈ — прошептала журналистка. Я ни о чём их не предупреждал. Всё должно выглядеть предельно натурально. Шоу должно продолжаться до последнего!
— ТЫ ОШИБАЕШЬСЯ, СМЕРТНАЯ! — не своим голосом прошипел я, отгоняя яростные вопли Потрошителя в башке. — ЭТОГО ЖАЛКОГО СУЩЕСТВА БОЛЬШЕ НЕТ! ОТНЫНЕ В ЭТОМ МИРЕ ГОСПОДСТВУЮ Я — ПОТРОШИТЕЛЬ! СТАРШИЙ ДЕМОН ЛЕГИТА!..
— Эй, демон! — раздался вдруг у меня за спиной звонкий голос. Ну наконец-то!
Ещё минута и от меня точно ничерта не останется, а этот самый чёрт наконец вырвется в мир смертных насовсем! Тогда всё это будет напрасно!
Саня, конечно. Кто же ещё. А с ним — остальная троица моих друзей. И эту минуту я должен изображать яростное сражение… при этом никого не покалечив.
Именно этим я и занялся. Я метал в них шары огня и молнии, покрывал руины вокруг Скверной, спекая их в стеклянистую корку, я шарахнул вокруг мощной ударной волной… по чистой случайности аккуратно отбросившей журналистов на место с лучшим ракурсом.
Всё это мои друзья, разумеется, либо отражали, либо избегали. Подбирались всё ближе, иссекая моё тело лучами Благодати, вгоняя меня в ступор волнами некротики, отвлекая сонмом призраков и заставляя атаки лететь мимо цели.
Всё. Эффект произведён достаточный, а дальше тянуть уже некуда.
— ПОРА С ЭТИМ ЗАКАНЧИВАТЬ!!! — прорычал я, выдыхая струю пламени и окутывая себя пологом клубящейся Тьмы. Жезл в моей ладони, увеличившийся вместе со мной, превратился в зияющий чернотой провал.
— Ты прав, демон! — выбежала вперёд Рина, прыгая по обломкам. — Пора заканчивать!
О, как она в этот момент была прекрасна! Как развевались её алые кудри, оттенённые пылающим вокруг пожаром! Как взросло, лет на двадцать, выглядело её бледное измождённое лицо с пылающими на нём алыми очами… подёрнутыми слезами, бегущими по щекам.