Самое лучшее оружие
Увы. У Имредана мы задержаться не могли. Конечно, пару часов посидели — рассказали, что да как произошло, да и обломки костей архидемона его с Артуром ужасно заинтересовали.
Чего уж. Они интересовали всех нас. Свалив их кучей прямо посреди подвала, я тут же принялся их изучать, предоставив «переговорный процесс» Адаму и ребятам.
О, изучать тут было что. Всё прошло так, как надо! И теперь на бетоне передо мной лежат острые обломки тёмных костей… насквозь пропитанных остаточной Благодатью, опалённых в ней.
А потому — и не думающих разлагаться, как обычно бывает с останками высших существ. По сути это уже не части тела, а что-то вроде… ископаемого? Ну или алхимического сырья, не знаю.
Как-то мне за четыре века не доводилось работать именно с этим ужасно редким веществом, называемым у наших артефакторов… э-э, ну, на моём родном языке оно называется «иновезеисис». На языки Земли это лучше всего перевести как «антидемониум», наверное.
Нелепый перевод, буквальный. Но суть такова. Ничто не разит тёмных тварей так, как их же собственная плоть, закалённая враждебной им стихией, Божественным Светом.
Поэтому из «просветлённых» демонов, сумевших прийти к свету, выходят наилучшие охотники на тех, кто к свету ещё не пришёл. Или вообще не хочет приходить.
В общем, сейчас на полу подвала лежат не просто обретшие цвет тёмной бронзы обломки гигантского ребра, а заготовка для самого лучшего оружия, какое только можно создать против демонов простому смертному.
Выпросить какой-нибудь архангельский клинок в Раю было бы, конечно, пободрее. Но ещё я перед этими крылатыми-глазатыми не унижался! Пф-ф!
— И что ты теперь будешь с этим добром делать? — с затаённым любопытством спросил Имредан, опасливо косясь на груду костей. — Не как дубинки же использовать! Хотя они, похоже, и так хороши!
Этот бедолага первым делом попытался поднять тонкий и острый обломок, похожий на пику, а я… кхм, не успел его предупредить. Даже будучи механической деталью, ладонь демонита зашипела и оплавилась.
Ничего, новую сделает. Зато не будет руки тянуть к чужому добру.
— Как дубинки, конечно, тоже вариант. — хмыкнул я. — Но всё-таки нет. На самом деле, чтобы сделать из этого оружие много ума уже не надо. Много ума надо, чтобы эту дрянь добить. А потому надо будет, чтобы встречные демоны не перебили нас от обиды за их брата, пошедшего на запчасти. Такова жизнь.
Видя, как ребята с лёгким испугом уставились на меня, я криво ухмыльнулся.
— Ну а вы что думали? Вот увидели бы вы, как кто-нибудь по улице идёт с чьей-то берцовой костью на плече, что бы вы подумали?