Нет, все, конечно, давно знали, что Василиса Андреевна с нами только первые четыре класса. Но, опять же, узнать, что вот-вот расстанетесь, лично — мало приятного.
Кажется, для многих это похоже на сон, вдруг ставший явью.
Василиса Андреевна дала нам время обсудить новость. Лиза с Риной и Сашкой сидели молча — похоже, вчерашние события оказались для них значительнее ухода учительницы. А вот весь остальной класс активно шептался.
Стоп.
Нет, не весь.
Мы так и сидели все годы за последними партами. Я бросил взгляд прямо вперёд — на первую парту среднего ряда.
Ту самую, где неизменно сидела принцесса.
У неё ведь так и не убавилось публичных «подружек», подхалимов и прихлебателей. И сейчас они наперебой узнавали, что обо всём вот этом вот думает Мари.
Пытались узнать. Вскочив с мест, они толпой вились вокруг фигуры девочки, а та сидела абсолютно неподвижная, с прямой спиной, словно проглотила швабру. И ни на что толком не реагировала.
Разве что голова иногда чуть качалась, да губы еле-еле раскрывались, выдавая что-то невнятное.
Из-за всеобщего шума я не мог расслышать, что.
Чего это с ней? Мари всегда помнила об этикете и поведении на публике, никогда не реагируя так на подхалимов. Всегда поддерживала обстоятельную светскую беседу.
И это в десять-то лет! Вырастет — точно станет светской львицей. Если, конечно, общение с нашей уютной компанией не перевесит её наклонности.
Но сейчас она сидела как истукан. Василиса Андреевна тоже это заметила.
— Мария, с тобой всё в порядке? — участливо спросила она. — Ты выглядишь как-то… необычно. Что-то случилось?
— Нет. — идеально чётко, как автомат, отчеканила Мари, встрепенувшись как ото сна. — Ничего не случилось. Всё хорошо. Спасибо.
Мне это совершенно не понравилось. В голове тут же начали роиться мысли.
Гало ведь заменял собой того самого Кошмара, что должен был орудовать именно в её снах. Да, он занимался этим уже больше года, давно заявив Императору, что память его сестры успешно очищена.
Монарх вообще очень давно не посылал «Кошмара» навестить сестру. Да и во дворец Мари тем летом не ездила. Так и жила в общежитии.
Но что если о ней вспомнили⁈ Что если как-то выяснили, когда именно Кошмар мог быть подменён?
Или хотя бы разрабатывают версию.
В этом случае у нас могут быть серьёзные проблемы, очень серьёзные. Если за её память возьмутся всерьёз, из неё выкачают и воспоминания обо мне! О нас!
Такие яркие события, даже случившиеся в Царстве Сна, не забываются даже полтора года спустя.
Похоже, намечаются проблемы.
На первой же перемене я подошёл к девочке. Как минимум поздороваться — вдруг я всё это себе просто выдумал, а принцесса банально не хотела ни с кем общаться?