Грустно.
Да. Грустно. Но это мой выбор и моя плата за него. И я согласен отдать свою жизнь за призрачный шанс спасения других. Моя жизнь эти шансы не увеличит, а вот моя смерть может дать им время подготовиться.
Что же, да будет так.
Я улыбнулся, вспомнив сверкающие грани жилой башни Рокшенара. Скоро я буду там. Сумасшедшим или просто мёртвым — но буду. Главное, чтобы у этих тварей с собой не оказалось той гадкой коробки, которая перехватит сигнал ИДИ и запихнёт меня в их кристалл. Вот будет хохма, если меня найдут точно также, как я нашёл тот кристалл. Как же его зовут? Не помню.
А, может, меня заберёт Вика? Поставит кристалл на тумбочку перед кроватью, будет любоваться разноцветными искрами внутри иссиня-чёрных туманностей? Мне было бы приятно. Чёрт, я с ума уже сошёл, кажется.
— Чего лыбишься, тварь? — зашипел садюга, поднимая мою упавшую на грудь голову. — За стимулом соскучился⁈
Тело свело судорогой от одного воспоминания о боли. Да, тяжело оставаться личностью, когда тебя желают превратить в скотину. Тяжело пересилить инстинкты самосохранения и добровольно шагнуть за край. Даже не жизни и смерти, а бытия и не-бытия. Не бойся, тело, для тебя это всё скоро закончится. Осталось недолго.
— Представляю тебя на своём месте, — хриплым, сорванным голосом сказал ответил я ему. — Интересно стало, ты из таких же придурков, как я или нормальный, думающий только о себе, собственном благополучии и не планирующих, что будет чуточку позже?
О, как изменился его взгляд! Удивление? Да! Через край. Злость? Надо же. Приятно, даже очень. Решимость. Ну, тело, держись. Крепись, мой бедный разум. Скоро нас не станет. Этот тип явно перестал быть адекватным.
— Скотина… — прошипел он, нажимая на кнопку. — Черепахи чёртовы, предупреждал же, нельзя задерживаться… Упрямец проклятый… Полдня впустую…
Боль накрывала меня волна за волной, с такими мелкими перерывами, что я даже вздохнуть не успевал. Я тонул в ней, как в океане, не имея сил сопротивляться этой всепоглощающей стихии. И после очередной волны я понял, что всё. Выплыть на этот раз не получится. Боль полностью поглотила меня. Наконец-то…
Митька смотрел на лежащего на столе посреди зала Лёху и кусал губы. Милана уже провела диагностику, а потом вместе с мужем надела на прошедшего испытания Лёху доспех, но сам брат по-прежнему не приходил в сознание. И это беспокоило Митьку всё больше!
— Мила? — решился опять потревожить единственного медика в их группе Митька.
— Дай ему время, — опять прошипела жена. — Ты слышал, что сказал вирт Ганджу. Как и все другие, правда? Ему просто нужно время, чтобы разум разобрался, что к чему. И его нельзя будить. Иначе будет плохо.