— Врете…
— Поначалу не мог взять в толк, как вы это все провернули. Временами сомневался и думал, что спятил. Там, в Хитане, я рассчитывал на ваше признание. Думал, вы отважитесь сбросить маску… А вы предпочли сбежать.
Я бы и сейчас сбежала, если бы меня не держали так крепко!
— Насколько давно узнали? — заерзала на его колене. — В смысле… до того как… или после того? Или, Имира меня прибери, во время⁈
— Во время чего?
Взгляд его был возмутительно невинным. Словно Граймс наградил Райса магической амнезией или вовсе не Тонкину мозги ампутировал. Сир Альвар на нервной почве на всякое способен.
— Кейр!
— Намного, намного раньше, — признался, опустив подробности.
— Почему вы не сказали? — я дернулась на его колене, как ужаленная. — Как вы могли… не сказать⁈
— Какя́мог⁈ — громыхнуло в нашей девичьей спаленке с черным потолком.
Райс меня все-таки шлепнул. Быстро, легонько, но ощутимо. Так, что все содержимое юбки взволнованно поджалось. И послушно опустилось обратно на твердое колено.
— Простите меня, — простонала виновато. — Я не думала, что все так далеко… Я не планировала плюхаться в ваше болото…
— Моему болоту не помешают перемены и новые впечатления, — Райс притянул мое лицо к губам и коротко поцеловал, напоминая о своем невозможном вкусе.
Это было так уютно и так знакомо. Словно я давным-давно каждое утро просыпаюсь от таких вот нежных, осторожных прикосновений.
— Понимаю, вам кажется, что вечно хмурый магистр шатался на ваши дежурства как по расписанию исключительно с целью воровства обезболивающих артефактов, — Райс закатил глаза и погладил мой подбородок. — Которые, видит Варх, ему ни гхарра не помогают уже лет пять… однако…
Еще один осторожный поцелуй, чуть дольше первого, чуть требовательнее… Моя сила воли объявила капитуляцию. Я прижалась к его губам, обвила руками шею. Мне нужно еще немного, совсем капельку тепла.
— Алисса, давайте договорим, а потом уж… Ох… Ну что за вархова!..
Меня притянули ближе, теснее, поцеловали глубоко, голодно. И я ни гхарра не поняла, потом мы договорим или сейчас, или уже никогда.
Райс прижался губами к моей макушке. Оставил отпечаток на лбу, на виске, клюнул в нос. Вернулся ко рту, затапливая жгучим желанием, которое ощущалось теперь даже в воздухе.
— Рыжие волосы мне больше нравятся, — сообщил сдавленным хрипом. — И глаза… глаза должны быть зеленые. А вот запах правильный. И вкус…
Он отрывался от меня и припадал снова. Жадно, яростно, разрывая тишину шумными вдохами.
— Вархова беглянка… Когда ты уже остановишься? Когда дашь себя поймать? Я ненавижу бегать, мисс Лонгвуд. Умею, временами практикую, но терпеть не могу.