— Она подслушала мой разговор с Некусом насчет… тебя. Пришлось избавляться, — выдохнул корчмарь и, заметив мой вопросительный взгляд, продолжил: — Я отдал ее Риберту Синему, это заезжий торговец алхимическим добром. У него своя лавка на рынке… под синим треугольным флажком без герба.
— Что замолчал? — ткнув мыском сапога в бок корчмаря, спросил я. — Продолжай рассказ. Сколько у него людей, где живет, с чьими караванами ходит?
— Свой у него караван. Даже два. Раз в неделю курсируют меж Горным и Майном. А оттуда уходят куда-то вглубь владения герцогства Зентра. Здесь, в Горном, живет в трехэтажном доме на Северном подъеме, там он один такой, не ошибешься. У Риберта есть свой отряд охраны. По виду бывшие наемники или профессиональные охранители. Большая часть сопровождает караваны, но трое бойцов всегда при нем. Все.
— А сейчас хоть один из караванов Синего здесь? — уточнил я, и Бигген еле заметно вздрогнул, тем самым выдав себя с головой. Ну не сволочь, а? — Понятно. Спасибо, корчмарь.
Нож вошел в тело без единого звука и почти без сопротивления, только шкрябнул легонько по ребру. Выдох, и разрезанное сердце, дернувшись, замерло, а глаза Биггена остекленели. Выудив из поясной сумки один из флакончиков, я опрокинул его содержимое на рукоять оставленного в ране ножа и, поднявшись на ноги, растворился в тенях, не испытывая ни сожаления, ни неприятия от только что совершенного хладнокровного убийства. Не в первый раз, между прочим. Может, это тоже влияние Дима?
Да, я не собирался оставлять эту тварь в живых, и совесть меня за это убийство грызть точно не будет. Бигген ведь действительно имел все шансы вывернуться из-под суда Трибунала, а может, и от светского правосудия ушел бы. Приказы от него получал только покойный Некус, остальные бандиты и понятия не имели, что цель для очередного нападения им указывает некий корчмарь. Если верить показаниям мерзавца, сидящего сейчас в подземельях Дима, Биггена эти торговцы живым товаром рассматривали исключительно как человека, дающего приют их компании на время «акций», и… скупщика вещей, снятых с их жертв.
Честно говоря, если бы не ворох образов, переданных мне духом-хранителем корчмы, я бы тоже вряд ли докопался до истины. Но молодой дух во время нашего короткого общения просто завалил меня картинками-воспоминаниями о событиях и разговорах, оставлявших у него ощущение неприятия. Смысла этих бесед он не понимал, как и подавляющее большинство хранителей, но вот их «привкус»… тут духов обмануть сложно. Вот бедолага и пожаловался тому единственному, кто готов был его выслушать. А я, из этих жалоб, продемонстрированных в виде воспоминаний, почерпнул нужную информацию вроде нескольких весьма откровенных разговоров Биггена с Некусом, проводившихся ими с глазу на глаз.