— Объявление на углах поклеим.
— Почему бы нет?
КС-100 в поисках места для ночной стоянки шёл вдоль правого берега реки.
Красивые виды плыли вдоль борта — живописный скалистый обрыв. Издалека показалось, что дальше есть ровная каменная коса, я сбавил ход. Уже полчаса пытаюсь высмотреть площадку для лагеря, но тщетно. При ближайшем рассмотрении оказалось, что вся коса состоит из крупного галечника, очень неудобно. Немного выше по течению виднелся островок, который напомнил мне всплывшую в ледяной океанской воде подлодку; я, по старой памяти, даже насторожился. Смотрится красиво, да берега круты.
Нужна ровная травянистая полянка, лучше с небольшой рощицей, где можно устроить костровище. Низко висящие над левым берегом тучи предупреждали, что погода может испортиться. Ещё две попытки, и подходящее место нашлось рядом с устьем лесного ручейка, на почти ровной террасе коренного берега. С дровами проблем нет, рядом высится группа молодых елей, а у самого берега ниже террасы стоят несколько накренившихся высохших деревьев. Почва сухая, травка нежная, райское место. Ближе к ручейку невысокий тальник, остальное пространство вокруг свободно и хорошо продувается.
Утварь вытаскивали в начинающихся сумерках. Нам обрадовались комары, хорошо, что мошки нет. Я сходил к ручью за чистой водой и занялся костром, Глебова — готовкой.
Да здесь и ночевать можно! Но не нужно.
Конечно, никто не собирался спать на свежем воздухе, просто после долгого перехода очень хочется ощутить под ногами твёрдую почву, посидеть спокойно у потрескивающего костра. Вода в котле быстро закипала, рыба жарилась на рожнах; через тридцать минут ужин был готов.
Мы долго сидели у огня, потягивали чаёк, молча смотрели на реку и думали каждый о своём. Не знаю, о чём размышляла Екатерина, а мне представлялось, что никакого апокалипсиса не было, всё идёт своим чередом, а я сижу себе на берегу реки и смотрю, как, приглушенно урча дизелями, торопятся к Казачинским порогам усталые суда, расцвеченные ночью зелеными, красными и белыми ходовыми огнями. На теплоходе музыка играет — вечная тема…
Только ничего этого нет, вокруг — Чёрный Енисей.
Баста, спать пора, завтра рано вставать.
Тут Глебова учинила помывку. Отжатый в подтёсовском магазине душевой комплект был ею умело приспособлен к делу. Объёмистая чёрная канистра закреплена на мачте, где солнце целый день нагревало воду. От сосуда тянется пластиковый шланг с краником и распылителем. Гениально.
Чтобы некоторые сладострастцы, спаси господи, не подглядывали за увлекательным процессом, в прошлый раз им было предложено спуститься в салон. Вариант был с гневом отвергнут: а кто тогда будет следить за окружающей обстановкой, вдруг где-то впереди крадётся враг? Хитрость не удалась, Катя милостиво разрешила, но занавесила заднее стекло тряпкой, а сама встала справа по борту в мёртвой зоне.