— Совесть имей! — возмутился я, — съел ты уже свои пельмени.
— А ты не спи. Будто буксира РБТ не видел.
Караван ещё не проснулся после ночной якорной стоянки возле Туруханска. Регламент давно отработан: стоим все вместе, борт к борту, не растягиваясь, так легче нести парные вахты. Суда встали рядом, не подходя к самому дебаркадеру, и так судовой ход сложный, кривой, составу придётся разворачиваться, а высадка не планировалась… Была и ещё одна причина, возникшая после первого раунда переговоров, из-за которой решил не швартоваться у берега.
И правильно сделал, как выяснилось утром…
…Нижняя Тунгуска. Троицкая Тунгуска, Мангазейская Тунгуска, а с подачи писателя Шишкова, который участвовал в составлении первой лоции Нижней Тунгуски, ещё и Угрюм-река.
Суда прибыли к её устью с опозданием на одни сутки против расчётного графика. Енисей-батюшка, с каждым десятком километров приближения к Туруханску становился всё шире и шире, домишек по берегам встречалось всё меньше, и каравану приходилось проплывать по нескольку часов, прежде чем заметить на берегах хоть какую-нибудь нынешнюю жизнь или признаки былой. Зато уже чувствовалось, что мы движемся на север — начались белые ночи. В полночь солнце хоть и уходило за горизонт, заставляя небо играть яркими красками, но и тогда его лучей было достаточно, чтобы небосклон достаточно долго оставался светлым. Не успеешь оглянуться, стоя на вахте, как закат плавно переходит в рассвет и светило снова поднимается. Здравствуй, новый день…
Это ещё что, после Туруханска караван пересечёт Северный полярный круг, и начнётся настоящий полярный день — солнце, даже будучи спрятанным за тучи, светит круглосуточно.
Енисей раздался вширь, местами до трёх километров. Здесь нет таких потрясающих красот, как, к примеру, в Осиновских щёках, возле Кораблика и Барочки или ещё южнее, в живописных окрестностях Атаманова, но и тут нельзя не заметить особое очарование великой реки — величественное безмолвие и неукротимую суровую мощь, недаром существует поговорка, что в низовьях Енисей могуч…
Стало холоднее, на палубе уже без куртки никак, озябнешь. Сегодня с утра был сильный туман, затем подул холодный северный ветер, Батюшка покрылся рябью, а там и волна поднялась. По небу побежали низкие дождевые тучи.
Обедаем в две смены. В кают-компании пятеро: я, Слава Кофман, Миша Мозолевский, Сашка Васильев и Тимур Галиев, механик с «Гдова», остальные отобедали и разошлись по своим постам. Даже наш ветеран Геннадий Фёдорович ради пельменей сбежал с «Провокатора» к первой смене, рискуя по возвращении нарваться на скандал.