Знаю, что лес подходит к обширной поляне фактории со всех сторон, деревья большей частью низкорослые, хвойные. Заросли кустарника у берега и за поселением не представляли собой непроходимых скоплений, тут вообще всё лишнее вычищено. Уютно, светло. Короче говоря, пока что не складывалось у меня впечатление, что вокруг затаились все отморозки животного или потустороннего мира. Впрочем, в лесу наверняка сумрачно, хоть и не темно. Но в тайгу нам и не надо.
Строений с воды видно немного, мешает обрыв, основная их часть стоит чуть подальше от реки. Все домики чистенькие, ухоженные, видно, что люди за подворьями следили. Да тут и грязи непролазной не бывает, песчаные грунты… Устав описывать круги в стороне, Васильев подогнал «Бастер» к борту «каэски».
— Видишь домище с синей крышей, что высовывается? — Миша показал пальцем вглубь посёлка. — Это грибоцех.
— Хорошее название! — отметила Глебова.
— Промыслы… — пояснил механик.
Стандартная проверка радиоактивного фона, никто и не заметил, как я вытащил прибор.
Несмотря на то что с момента катастрофы прошёл уже год, люди в общинах не удивляются, когда кто-либо проверяет фон. Разразись в пик кризиса на планете полноценная ядерная война, последствия её давно ощутили бы все. Слава богу, пронесло, по крайней мере в части применения мощных ядерных зарядов. Но всё больше и больше людей утверждают, что тактические заряды в районе Новосибирска и восточнее к Абакану всё-таки применялись. И всё же это другой край, и интерес наш расположен не там.
У нас на Енисее и свои опасности имеются, ещё какие. Здесь существует совершенно особый изолят Железногорск, закрытый город Красноярск-26. В своё время Росатом посчитал, что, переместив сверхопасный груз плутония-239 с периодом полураспада двадцать четыре тысячи лет с берега Балтики на берег Енисея, он сделает мир безопаснее, началась транспортировка в Сибирь ОЯТ, отработанного ядерного топлива, и хранение его на территории Железногорска. Отныне в этом изоляте заложен гигантский разрушительный потенциал, равный пятистам Чернобылям. Сухое хранилище — это колоссальная масса высокоактивного ОЯТ общей активностью двадцать миллиардов кюри. На так называемом мокром хранении находится ОЯТ общей активностью шесть миллиардов кюри. Чернобыльская катастрофа, к примеру, дала активность пятьдесят миллионов кюри. Красноярск — не первое место, куда перемещали ОЯТ, на Урале в ЗАТО Озёрск, бывшем Челябинске-65, шестьдесят лет работало производственное объединение «Маяк», там сейчас наверняка тоже всё сложно…
Когда в Красноярске-25 производили оружейный плутоний, то реакторы охлаждали, напрямую прокачивая воду из Енисея и сбрасывая её обратно в реку. Случались аварии, и топливо из военных реакторов, говорят, тоже сбрасывалось в реку. Вроде бы красноярские учёные отмечали мутации флоры и фауны, но пока что природа справляется сама. Однако, если люди в изоляте, которых там, по прикидкам, осталось довольно много, не смогут удержать ситуацию под контролем, то нас ждёт ещё одна катастрофа, которая уж точно приведёт к генетическому взрыву. В случае аварии и начала миграции радионуклидов по Енисею, людям придётся уйти на север, в крупные притоки типа Подкаменной или Нижней Тунгуски.