Так бы и моталась наша телега между Элестией и Отверном, если бы ямщиков не попросила о помощи одна старушка. Ей надо было не внучке пирожки отнести, а доставить груз с продовольствием в одно из поместий Боргоса. Ямщики не смогли отказать бабушке, при этом она еще и очень хорошо заплатила за крюк. Когда они принесли известие о новом клиенте, я попытался вилан расспросить о поместье и его владельце. Увы, знали они немного, потому что, как и Рани никогда не покидали пределов Элестии. Дол назывался Бомир, а управляла им женщина по имени Давина — вот и все, что мне удалось разузнать.
Я решил, что дождусь возвращения Астрис, узнаю о Бомире и его владелице подробнее и поеду с ней знакомиться. С соседями надо дружить, пусть они и барского рода-племени. Судя по всему, мадам Давина нуждалась в помощи, раз доверила доставку припасов первым встречным. Мы протянем руку помощи и ей, и ее виланам.
Хотя нам и самим помощь не помешала. Проблемы сыпались на мою голову как град. И каждый новый день приносил градину крупнее предыдущего.
— Доброго утречка! — Микаль как знал, где меня искать. И дед чувствовал, что я решил немного передохнуть, попивая травяной отвар на балконе.
— Доброго-доброго! — а я чувствовал, что старик меня отыскал не просто так. А чтобы подкинуть еще один каверзный вопросик, — что у нас нового?
— Все в порядке, товарищ Георгий. Болтные цветы прижились. Не без помощ Илары, большое вам спасибо за нее, такую помощницу нам отыскали! Она настоящий человек леса. Со зверьем и травами разговаривает и, клянусь Лимой, они ей отвечают!
— И это хорошая новость? — с надеждой спросил я, отхлебывая отвар из чашки, — а плохие будут?
— Есть маленько. Сегодня на работу в поле не вышло тридцать два мужика.
— Как так? Заболели? Или…?
— Или, друг Георгий, или. Лентяйничают. Знают, что их семьи и так пайку получат. Не можем же мы оставлять без еды женщин и детей малых. Вот и отлынивают.
— Неприятная ситуация. Как решать будешь? — я намекнул на то, что староста у нас как бы Микаль. И с этой проблемой он и должен разбираться.
— Найду пару крепких ребят. Выдам им кнуты, — дед Микаль сел за стол и нацедил себе отвара из чайника, — пройдемся по домам…
— Нельзя. Не по-человечески это.
— Да я понимаю, что не по-людски! Но как этих лоботрясов работать заставить? Вон даже господин Леодан работает, поля нам поливает, а эти что о себе возомнили?
На моих глазах коммуна разваливалась, еще не начав толком существовать. Лень человеческая — вот самый страшный грех! Мне-то как казалось — избавимся от баринов-бояринов, начнем сами на себя работать, процветать…