Глава 25
Белозёрск.
В приюте, после того как место Тырницы занял бах Голещихин, стало гораздо комфортнее. Мальчишек больше никто не гонял клянчить милостыню, да и в спальне теперь их тощие матрасы лежали на кроватях. Пусть кровати были самодельными, но спать стало гораздо удобнее.
Кормить тоже стали лучше. Конечно, еда по-прежнему была достаточно однообразной, но всегда горячей и сытной. Например, в один день могли три раза давать кашу, обычно пшеничную, а в другой день картошку с грибами. Но зато всегда было вдоволь хлеба, и даже никто не ругался, когда мальчишки рассовывали по несколько кусочков в карманы, а потом жевали перед сном.
Прошло уже несколько дней с того чёрного дня, когда камни на медальоне потемнели. Он почему-то не помнил все ли они потемнели или нет, а вытащить, чтобы посмотреть, побоялся, не было места в приюте, где можно было остаться одному.
Спросил у бабы Зои, и та, погладив светлую голову мальчишки, ответила: «Не все, Алёша, по-моему два или три камушка светились, но я точно не помню сколько»
И это вселило в Алёшу надежду, что он не один, что кто-то жив, он даже втайне от себя, эгоистично лелеял мысль, что жива мама.
Ещё Алёшу волновала судьбы дядьки Евстафия и сегодня с утра он подошёл к баху Голещихину, который сам с ними занимался, показывая разные упражнения.
— Бах Голещихин, а вы не знаете, что с дядькой Евстафием, скоро он к нам вернётся? — спросил Алёша, стараясь разглядеть по лицу соврёт ему пожилой бах или скажет правду.
— А вот сегодня и узнаем, — весело улыбнулся бах Голещихин, — высокое начальство к город пожаловало, скоро поеду в луч и там постараюсь спросить.
Но «высокое начальство» пожаловало само.
Алёша занимался с маленькими ребятами, рассказывая им про буквы, когда его окликнул Андрей, который с заговорщицким видом помахал ему рукой из приоткрытой двери.
С Андреем у Алёши было «холодное перемирие», Андрей по какой-то причине стал относится к Алёше, как к ровеснику, иногда даже советуясь с ним, прежде чем что-то сделать. Но дружбы не получилось, да Алёша и сам не хотел подпускать такого, как Андрей «близко». Всё-таки для дружбы нужно много больше, чем просто вместе оказаться в сложных обстоятельствах. Да и простить Алеша не мог то, что Андрей не проявил дружеского участия к своим же, таким же сиротам, как и он сам, а пошёл на поводу у Тырницы, защищая только себя.
Алёша выбежал из комнаты.
— Там начальство приехало, — зашептал Андрей, — все в кожанках, а на лацканах не лучи, а звезды, значит из самόй столицы. И спрашивают про светленького мальчика, который недавно появился в приюте. Сечёшь?