Наконец, послышалось покашливание и откуда-то из-за угла, там где можно было не стоять, а присесть на стул, раздался хриплый голос:
— Если кто-то из старших девочек принял ответственность и выжил, то сами боги дали Романовым шанс. Надо сосредоточиться на том, чтобы найти наследницу и защитить, если уже мы не смогли защитить императора.
Все посмотрели на говорившего. Это был самый старый из великих князей. Князь Вяземский.
«Вот же старый осёл,» — подумал Шаховской, но вслух сказал:
— Хорошо и кого же мы тогда пошлём на поиски… наследницы?
— Полагаю надо посылать достаточно взрослого и женатого, — снова раздалось от Вяземского, — чтобы не было соблазна…А то найдётся девочка, а там глядишь, а она уже и не Романова.
Шаховской, который уже так и решил для себя, собираясь предложить кандидатуру сына, проглотил, пытавшуюся вырваться наружу фразу.
Долгих обсуждений не было. Отправить решили старшего сына князя Урусова.
Князю Ивану Алексеевичу Урусову было тридцать семь лет и был он счастливо и по взаимному согласию женат на княжне Анне Андреевне Голицыной, имел двоих детей и что самое главное был сильным магом земли. Силы был неимоверной, да ещё имел дополнительный дар маскировки, если Иван Алексеевич не хотел, то никто не мог его заметить.
Выдвигаться на поиски князю Урусову было приказано немедленно, дорогá была каждая секунда. В неспокойное время с наследницей могло всякое случиться.
Когда все стали расходиться, князь Шаховской попросил задержаться князя Репнина Петра Григорьевича.
Молодой князь долгое время считался женихом одной из дочерей императора, был красив, обаятелен, немного глуповат, но для целей Шаховского это было только плюсом.
— Пётр Григорьевич, — обратился князь Шаховской к молодому офицеру, — а вы не думали, что если это ваша невеста выжила и стала наследницей, что тогда? Как думаете, нужно ей всё это, и возможно даже сгореть у родового камня?
Князь Репнин выпучил глаза, демонстрируя сложный мыслительный процесс. Было видно, что он вообще не думал и только сейчас, получив вопрос от князя, эта мысль «пришла» в его голову.
— Анастасия? Может быть жива? Вы думаете? — несколько растерянно прозвучало от Репнина
— Я полагаю, что это возможно, — ответил князь Шаховской, — именно поэтому предлагаю вам тоже об этом подумать, что вы будете делать, если это она и князь Урусов привезёт её вскорости в Белояр?
Пётр Григорьевич задумался, вернее попытался задуматься, но в голове мелькала лишь одна мысль, а если и вправду Анастасия жива, то, как ей объяснить, что живёт он с её тёткой, двоюродной сестрой императрицы Викторией Алексеевной Огульчиной.