Множество геометрически правильных искажений света окружили меня со всех сторон, заключив в подобие клетки, они постоянно шевелились, превратившись в подобие цепной пилы. Не нужно быть гением чтобы понять, стоит этой клетке сомкнуться как меня перемелет в фарш.
— Вот это уже серьёзный уровень. — Протектор, как я понял, теперь способен создавать силовые щиты буквально из самого пространства. Преломления, которые я вижу не что иное как границы этих щитов. Прочные и максимально возможно, острые.
Потянувшись к силе, высвободил вокруг себя незначительную часть из имевшегося у меня запаса и этого хватило чтобы разбить на осколки смертельную клетку. Она рассыпалась словно стекло и растаяла в воздухе, а вот моя волна силы пошла дальше, разрыхляя землю и обрушивая стены зданий.
Протектор выставил перед собой несколько своих новых щитов и только по этой причине ему удалось выжить. Но всё же, по нему видно, силы не то, что на исходе, их давно нет и держится этот кремень исключительно на чувстве долга.
— Что ж, это было достойно. — произнёс я и направил на него указательным пальцем с кистью смотрящей ладонью вверх. — К сожалению, на большее ты пока не способен. — сказав это мой палец резко указал вверх. Следуя за этим жестом из-под земли, вырвались шипы, сотканные из энергии, и прошили тело Протектора, после чего сразу же рассеялись. Мужчина упал, тяжело дыша и уже не выказывая сопротивления.
Очень хорошо с ним получилось. И рассудок сохранил, и люлей отхватил. Причём бился достойно, преодолевая самого себя и развиваясь в ходе боя. Среди абсолютов он без сомнения на данный момент самый могущественный. Наверное, даже монаха бы поколотил. Кстати, он, чего-то, не спешит выходить… Знает же, точнее чувствует, что я в курсе о его присутствии. Боится? Нет, монахи контролируют собственные эмоции лучше кого бы то ни было. Холодный расчет? Вот это вероятно. Ну ладно, подождём.
Так, а это что за тандем убогих?
Быстро шагая, в мою сторону двигалось два до боли знакомых мне человека. Но их в гуще боя никак не ожидал увидеть. Марфина и святой отец и общины Шети. Вместе. И оба с одним, судя по их лицам, намерением. Договорились уже? Спелись?
— Остановись, окаянный! — воскликнула Марфина.
— Не пади во грехе ещё глубже, сын мой! — добавил святой отец. Они оба распространяли вокруг ауру святости, которая подавляла системные возможности, но в обмен на это исцелялаа раны. И вот тут я пока не понимал, откуда у них столько уверенности, что я их сейчас не поломаю.
Когда между нами оставалось каких-то несколько метров в дело вступил монах. Он умел перемещаться очень быстро, поэтому оказался перед святыми практически мгновенно. А ведь эта парочка шла на помощь Протектору.