— Моя дорогая, это не я с дружками проник на вражескую территорию и при этом устраиваю тут истерики, — от едкого и справедливого замечания Эгго инфанта больно закусила губу.
— Да ну? А кто недавно прогуливался по главным улицам Эстера? — язвительно хмыкнула некромантка и обернулась, чтобы не упускать из вида противника.
Арнлейва она воспринимала только так, и в черной одежде, открывающей только руки и голову, с этими мерзкими шрамами на лице, он отлично подходил на эту роль.
— Прошелся, — довольно кивнул Эгго. — И это никак не помешало мне и дальше гулять, где мне захочется. Чего не скажешь о вашей печальной экспедиции в поисках древних знаний, — от него не укрылся испуг, промелькнувший на лице некромантки. — Да, дорогая, к сожалению, выучка Эстера оставляет желать лучшего. Я уже все знаю про ваши намерения выкрасть мой Капитуляр.
— Твой Капитуляр? — не сдержалась инфанта и прыснула от такой наглости. — Ты украл его у моей семьи, как и все, что когда-то принадлежало мне и моему отцу.
— Вот как, значит, работает пропаганда в городе под куполом? — разочарованно вздохнул Арнлейв, делая пару шагов в ее сторону. — Ты разве не слышала о взаимовыгодных договоренностях, к которым пришел мой Советник и нынешний Правитель Мармиати-Ай? Твой брат…
— Предатель! Бесхарактерный трус, выкупивший свою жизнь ценой родного города!
— Моя пылкая инфанта, где же тебя с твоими высокими моральными принципами носило, когда такие, как твой брат, продавали свой город? — сочувствующе вздохнул Эгго, задержавшись возле изголовья широкой кровати. — Поправь меня, если ошибусь, но все это время ты точно так же трусливо пряталась за спинами правителей Эстера, пока твой брат Эйден, брошенный на произвол судьбы, нашел защиту под покровительством Амхельна. Вот он и торговал тем, что у него осталось…
Эфрейн лишь сокрушенно помотала головой. Не было смысла спорить, кто виновен во всех бедах Мармиати-Ай. Да, Джен поступила нисколько не лучше Эйдена, но свой город на медленную гибель обрекли не они с братом, а еще их отец. Это он связался с Арнлейвом, а им только и оставалось, что спасать собственные шкуры. Что, конечно же, не оправдывало их перед лицом родной обители.
— Ну-ну, не будем портить этот момент ненужными слезами, — вновь подал голос Эгго, заметив, как заблестели увлажнившиеся глаза инфанты. Он хотел было сделать шаг навстречу, но Джен судорожно отшатнулась от него. — Дорогая, я пришел не спорить или ссориться. Наоборот, я пришел с миром…
— Миром? — с издевкой переспросила Эфрейн, словно это слово было чем-то чуждым и совершенно неуместным.