И вот горизонт вдруг повернулся по часовой стрелке и застыл на девяносто градусов. Я даже не сразу сообразил, что упал.
Надо вставать… Давай же, нельзя лежать! Скоро тебя заметят птицы или учуют животные и явятся, чтобы поживиться. Может, и змея вернётся. Что, если она недалеко отползла и следит за мной, дожидаясь, пока я умру?
Но силы меня покинули. Вместе с влагой и кровью. Усилия воли недостаточно, чтобы заставить тело двигаться. Так только в кино бывает. На деле же, организм устроен не так. Когда все ресурсы исчерпаны, он просто отключается.
Я закрыл глаза. Кажется, на этот раз всё.
Смерть — жестокая насмешка над бессмертным! Напоминание о том, что он потерял. Наказание.
А для того, кто был в своём мире богом смерти — втройне!
И вот я, царствовавший в корнях Мирового Древа, тот, кому поклонялись люди всех, без исключения, континентов, тот, кого называли Велесом, Осирисом, Мотом, Энмешарра, Айта, Овуо, Танатосом, Аидом и ещё сотней имен, теперь валяюсь посреди раскалённого песка, мучимый потребностями бренной плоти!
Проклятье! Какая чудовищная, уродливая ирония. Не судьбы, нет. Моего отца! Великого Архитектора, который известен как Род, Брахма, Шива, Уран, Ра и так далее. Того, кто создал мой мир и ещё множество других, похожих — в иных пластах вселенной.
И всё же, вода не первое, чего я желаю на пороге гибели. У меня ещё столько дел, я едва начал, и смерть сейчас — событие, совершенно не своевременное!
На сетчатке появилось сообщение арматориума:
Внимание: проведён мониторинг физического состояния.
Уровень: критический.
Обратитесь за медицинской помощью, восстановите баланс жидкости и пополните энергию.
Расшифровка анализа.
И перед моими закрытыми глазами потянулись строчки, в которых арматориум подробно объяснял, что именно со мной не так. Куча бесполезной информации. Ну, реально — что мне с ней делать⁈
Я перестал обращать на сообщения внимание минуты через полторы. Плохо было практически всё. Моё тело умирало, выжав себя досуха. Как в прямом, так и в переносном смыслах.
Мысленно я попросил арматориум перестать донимать меня в последние минуты отчётом о моём состоянии.
Мельтешение строчек прекратилось.
Я прислушался к тишине. Так-то благодать, конечно… Если б я ещё мог ею насладиться, не думая о мести, Печатниках, трансмутациях и всём остальном, что я оставлял в этом мире, было бы вообще здорово.
Решив в последний раз бросить взгляд на прозрачное голубое небо, я с трудом оторвал голову от земли.
Есть ли гарантия, что моя душа переселится в кого-то именно из этого мира? Если честно, нет. Никакой. Вполне вероятно, я окажусь там, куда определил меня Род. Или ещё в какой-нибудь дыре — похуже.