Я же, попытался просто пройти мимо, первоначально. А когда поравнялся с ней, резко дернулся и сжал глотку.
— Скажи мне вот что, Адель, какого черта ты устроила?
— От… — захрипела она, — Отпусти!
Охрана, которая стояла в десяти метрах от нее, разумеется, эльфийская, подскочила в тот же миг. Но замерла, когда я прошипел:
— Оружие на пол. Еще шаг, и ее тонкая шея будет сломана.
Благо, они ввиду своей манерности были ссыкунами. Побросали и отошли. Я, тем временем, пялился на это заплывшее синевой, задыхающееся лицо.
— Что, курва, за власть решила побаловаться со своим спасителем? Вытереть об него ноги, чтобы самой жить дальше? Никому ничем не быть обязанной? Здорово ты придумала.
— Отпусти…
Понял, что уже переборщил, и мои пальцы оставили весьма красивые, красные следы, отпустил ее на пол, но, на всякий случай обнажил косу.
— Что, курва, вернула власть?
— Саша. Ты бы сделал ради спасения то же самое.
— Ну уж явно не обращаясь так с близкими.
— А ты меня считал близкой?
Я промолчал. Коротко кивнул и предупредил ее, что, если она или ее охрана ко мне сунется, я без сожаления снесу головы всем. И ей, в первую очередь.
— Боюсь, Черный, — крикнула она в спину, когда я прошел побледневшую охрану, — Что я уже ничего не могу сделать. На тебе висит метка эльфов. И ты для любого считаешься врагом номер один.
— Для любого из твоего клана, — сухо добавил я, встречая на пороге озлобленную демонессу, — Я враг. Да. Но только здесь.
Она промямлила, точнее, попыталась спросить, куда это я собрался, но ответом была тишина.
Мне нужно было как можно скорее попасть на вокзал, а перед этим, спустится в казарму, где меня сопроводят десяток зеленокожих братьев. Забавный поворот судьбы.
На вокзале стояла настоящая шумиха. Нет, не из-за того, что все те, кто узнавал меня, чуть ли не расписаться в паспорте предлагали, а из-за тех же эльфов. Их было слишком много для обычного буднего дня.
Они не нападали, не мешали проходу, не делали ничего такого, чтобы это можно было расценить как нападение. Они просто напрягали меня своим присутствием. Опять же, среди этой толпы остроухих обрыганов то и дело мелькали чернявые волосы Адель.
— Когда эта тварь успокоится, — поинтересовался я сам у себя.
Вика, правда, решила, что этот вопрос адресован ей, как и Маша, которую я выпустил из метки еще у входа в здание.
Промолчал, выслушав ее ответ, и подошел к своему вагону.
Орки же, которые держали меня в кольце защиты с весьма серьезными минами, попытались было зайти за мной в вагон, чтобы все тщательно осмотреть. Но здесь я их отпустил.