Решение пришло само собой. Не нужно искать новые связи, когда есть готовые. Волнов уже знает о моих способностях. Значит, скрывать нечего. А деловые люди его типа ценят взаимную выгоду выше любопытства.
Я плыл размеренно, без спешки, наблюдая за движением по водным артериям.
Грузовая баржа проплыла мимо, низко сидя в воде. Везла она зерно, судя по запаху. Бородатый шкипер на корме зевал во весь рот.
Частные лодки сновали как водомерки. Сейчас я наглядно увидел, что многим они заменяют тут весь остальной транспорт. В лодках плыли чиновники, приказчики, торговки. Кто попроще, пользовались вёслами. Богатая публика вальяжно рулила аппаратами с русалочьими камнями.
Неудивительно, что спрос на эти артефакты был так велик.
Мимо меня даже проплыл настоящий речной трамвайчик. Внутри, прижатые друг к другу как селедки в бочке, стояли пассажиры Лица у всех были одинаково хмурые.
Волнов действительно был на месте. Он внимательно осматривал днище вытащенной на сушу лодки, бормоча себе под нос.
Заметив меня, выпрямился.
— О, наш знаменитый ныряльщик! — ухмыльнулся лодочник в пышные бакенбарды. — Рано встаешь, однако. Или не ложился вовсе?
— Спал, — соврал я. — Но недолго.
— И то верно, — он подхватил причальный трос, закрепляя мою лодку. — Молодым много сна не надо. Вот в мои годы…
Он присел на свой любимый перевернутый ящик и достал трубку. Набивал ее неспешно, со вкусом, поглядывая на меня из-под кустистых бровей.
— Ну, рассказывай, — кивнул он. — Чего приплыл в такую рань? Лодку что ли помял вчера?
— Лодка цела, — ответил я, вылезая на пристань. — У меня другое дело.
— Дело, значит, — прищурился он. — Ну-ну, я весь внимание.
Я достал из кармана небольшой камень. Один из оранжевых, почти разряженный. Протянул ему без лишних слов.
Волнов взял камень двумя пальцами, поднес к глазу. Покатал в ладони, прислушиваясь к вибрации. Присвистнул негромко.
— Качество отменное. Структура целая, трещин нет. Двести рублей дам.
Я покачал головой, устраиваясь на соседнем ящике.
— Маловато для камня такого качества.
— Мелкий он, — пожал плечами Волнов. — Даже лодку не потянет. Разве что прогулочную. Барышень катать. Ну, двести пятьдесят. И то только из уважения.
— Крутовы за большой тысячу восемьсот предлагали.
Трубка едва не выпала у него изо рта. Дым пошел носом. Он закашлялся, заухал как филин.
— За большой? — прохрипел, отдышавшись. — Это… это с кулак размером?
— Больше. С голову.
— И ты… — сглотнул он, сел прямее. — Погоди-ка. А что, есть и большие?
Я молча кивнул. Волнов вскочил, прошелся туда-сюда по причалу. Трубка в его руке потухла, но он не замечал. Бормотал что-то под нос, загибал пальцы.