В итоге получился довольно необычный глобус мира Тейлур. Вокруг Японии, где засел Попутчик, имелся аж целый котлован в магофоне. Мана там куда-то пропадала. Сам Астрал — как аккумулятор этой самой маны — деградировал до предела острова.
[Вот оно что!] — змей подполз к карте поближе. — [Это и есть эффект поглощения астрала и маны Мигрирующей Аномалией. Альфа хотел избежать такого в Петрограде. Потому и нанёс упреждающий удар по Горе-Улью. Однако мир Тейлур всё равно продолжает меняться.]
…
Поднявшись по лестнице, Матроскин и Пиксель стали носиться по парку на крыше дома.
— Мряу!
— Гаф-гаф!
Лужайка, трава… Пёс-киборг начал тереться о неё, как любят делать все собаки. Матроскин стал ходить туда-сюда с гордым видом. Пусть это и Гнездо Оракула, но теперь кот считал это место своей законной территорией… В смысле, стаи.
Пётр остался верен своим привычкам. Пока оракул общался со змеем-мудрецом, осьминог забрался в дом и стал искать запрещёнку. Глянул стопки журналов, но там сплошь комиксы для парней.
Пароля на компьютере не оказалось. Экран приветливо горел, приглашая Петра окунуться в дебри… Расчётов движений небесных тел, манапотоков и проекций линий судеб.
Пётр включил огромный плазменный экран в гостиной… Но и там на жёстком диске оказались только сериалы.
[Во-о-о!.. «Отчаянные кто-в-доме-хозяйки! »] — осьминог в азарте кликнул пультом, ожидая чего-то интересного. Спустя пару минут Пётр расстроенно произнёс: — [Интересно, но не совсем то… О-о-о! «Кексы в большом городе».]
Второй сериал оказался ещё более «постным», чем первый.
[«Блу-Болтливая Калифорния»!] — Пётр снова кликнул пультом.
Третья попытка… Ни рыба ни мясо. Всё равно что дать любителю сладкого конфету, в фантик которой завёрнута морковка.
Петра шокировало увиденное! Вообще по нулям. Он даже историю браузера проверил, смотря… всё ли с Романом в порядке.
Единственным намёком на интерес к женщинам Реввы оставался постер полуголой дамы, висящий на стене. Пётр уставился на него, не зная, о чём думать… О плохом или «очень плохом».
В этот самый миг Роман вместе со змеем вошли в дом. Оракул отпер дверь, давая сенсею первому заползти внутрь. Телохранитель остался снаружи. У Гавра там есть давно оборудованное кресло-качалка, плед и потрёпанный томик стихов Маяковского.
Тут-то пророк и увидел Петра, таращившегося на старый постер.
— Мряу!
В этот самый миг Матроскин влетел в гостиную, как вихрь, услышав в чате мысли Петра о «странном». Посмотрев на постер, а потом на хозяина дома, кот спросил: