Градоправитель полистал, почитал, качая головой да хмыкая, потом улыбнулся и проговорил, возвращая тетрадь:
— Ценный ты работник, к себе бы в ратушу забрал, да долг у нас большой по пошлине, придется амнистанцу отдать. Вы собирайтесь, а я с Прожирани переговорю. Лишнего не берите, больше двух дней у меня не пробудете, а там новый хозяин о вас позаботится.
Господин Прожирани был весьма недоволен тем, что придется расстаться со своими невольницами, но перечить градоправителю не решился. Только намекнул на премию, чтобы возместить убытки от покупки новых работниц.
Вечером Юнила и Агуста покинули дом, в котором провели двенадцать тяжелых, но по справедливости не таких уж и страшных, как могло бы быть, если бы они попали в другое место, лет.
От монотонного покачивания кареты, везущей их в дом градоправителя, Юна уснула, положив голову на плечо матери. Агуста смотрела в окно невидящим взглядом и гадала, что же принесет им завтрашний день. По щеке женщины скатилась слезинка, за ней еще одна.
— С днем рождения, доченька, — прошептала Агуста, погладив безмятежно спящую дочь по щеке огрубевшими от работы пальцами. — Возможно, этот день рождения принесет нам спасение… или погибель.
Юна пошевелилась, устраиваясь поудобнее, но не проснулась. Она в этот момент была очень далеко от Антирона, во сне вернувшись в то утро, когда собиралась на аттракционы.
— Приехали! — разбудил меня выкрик кучера.
Выбравшись из кареты, мы оказались на большом, залитом лунным светом дворе.
— Поторапливайтесь! — прикрикнул возница, отгоняя нас от кареты, чтобы увезти ее под навес.
Мы стояли перед входом в огромный, намного больше, чем у господина Прожирани, дом или даже дворец!
— Подержи, — сказала мама, передавая мне свой узелок с вещами. — Схожу разведаю, что к чему.
И мама смело пошла к двери. Я же держала наши вещи и боялась даже пошевелиться.
— А это что у нас тут за красавица? — спросил высокий парень, выскакивая у меня из-за спины, как чертик из табакерки.
— Юнила, — представилась я.
— Родо, — ответил парень. — Я помощник конюха, а ты?
— А нас с мамой градоправитель собрался кому-то подарить, — призналась я.
— Ух ты! И кому же? — заинтересовался Родо.
— Я точно не знаю, но вроде бы какому-то амнистанцу, — пожала плечами.
— Везунчики, — протянул парень.
— Почему? — спросила я, поглядывая на дверь, за которой скрылась мама.
— Так у них же невольников нет! Вас подарят, а новый хозяин отпустит, — пояснил помощник конюха.
Отворилась дверь, из нее выглянула мама и позвала меня.