– А это кто с тобой? Тоже из разумных? – Я глазами указал на маленький кактус, который она держала на руках.
Печальные глазки и аккуратный цветочек сбоку наводил меня на мысли, что это женская особь.
– Угу, – кивнула Лайра и покосилась на своего жениха – красавчика и звезду академии принца Роуэна. И спросила, указав подбородком в сторону Сада Сновидений: – Почему здесь?
– Я… Я не смог отправить Эли домой, но и оставить в моем было бы неправильно. Ее сердце… Оно было слишком большим и добрым для одного единственного мира. Она заслуживает быть здесь – в самом Сердце Миров.
Противный ком в горле сделал голос чужим и хриплым. У девчонок заблестели глаза от сдерживаемых слез. Роуэн приобнял Лайру ее за плечи в молчаливой поддержке.
– Тогда идем? – предложил Айдан.
– Идем. Но я не уверен, что нас пустят, – заметил я.
– Тебя точно пустят. Захватишь с собой Альвис и ту мелочь, – добавила Ирис, указав на кактус. – Им-то уж точно сюда можно без пропуска.
Я кивнул и первым зашагал к входу, внутренне готовясь к противостоянию, уговорам и к чему угодно.
Людоящерицы с янтарными глазами, едва увидев Альвис, не просто распахнули перед нами ворота в Сад Сновидений, но и выстроились по бокам нашей маленькой процессии, вытянувшись в струнку. Трижды ударили древками копий в землю, словно отдавая последние почести павшему герою, а затем проводили нас до самой поляны.
Все это время в Саду Сновидений было тихо-тихо! Только кустарники и деревья на нашем пути склоняли ветки, да цветы – бутоны. Весь растительный мир скорбел вместе со мной…
Почетный караул сопроводил нас до самой поляны и молчаливо застыл на кромке. Дальше мы двинулись одни. Мои спутники удивленно озирались по сторонам, но не задавали вопросов, и я был им за это благодарен.
Патриарх не спал. Дупла-глаза гигантского энта светились мягким, печальным светом, ветви склонились низко-низко, так что он походил на согбенного старика, уставшего от жизни. Мне не нужно было объяснять ему, зачем мы здесь. Я просто поклонился и сказал:
– Спасибо! Ваш совет сработал. У нее получилось… Я пришел сказать об этом. Она бы этого хотела…
Раздался судорожный вздох позади, и повисла оглушительная тишина.
– Смерть – не конец пути, воин пепла, – раздалось у меня прямо в голове после долгой паузы. – Это лишь смена формы существования. Лист падает на землю, чтобы отдать свою силу почве. Цветок увядает, чтобы родилось семя… Из семени появляется новая жизнь. Все циклично, и дитя Чащи стала частью этого цикла.
Кто-то из девушек тихо ахнул, и я понял, что Патриарх говорит с нами всеми одновременно.