Проследив за тем, чтобы я выпила успокаивающий отвар, который почему-то сильно горчил, старушка удалилась.
Уж не знаю, чего именно такого забористого она в этом отваре намешала, но я не просто успокоилась. Меня вырубило буквально через считаные минуты.
Пробуждение на следующее утро давалось мне тяжело.
Видимо, успокаивающий отвар оказался не только сильнодействующим, но еще и с побочными эффектами. Потому что голова гудела так, словно я всю ночь не спала, а где-то веселилась до самого рассвета.
Яркий солнечный свет резал глаза. А веки казались такими тяжелыми, словно налитыми свинцом. И мне лишь хотелось закрыть глаза и продолжить спать.
Но увы. В дверь спальни раздался стук.
А вошедшая в следующую минуту Миранда сообщила, что мне пора собираться, если я не хочу опоздать в суд.
После развода, случившегося неделю назад, девушка пока решила остаться в особняке. Как сказала сама Миранда, она хочет сначала отойти морально, встать на ноги, подкопить немного денег, а потом уже решить, чего она желает от этой жизни.
И я такой здравый и взвешенный подход полностью поддержала, сообщив девушке, что она может оставаться здесь столько, сколько захочет.
С трудом взяв себя руки, я сумела выбраться из постели. И на подкашивающихся ногах добралась до ванной, потирая виски, которые раскалывались от безумной боли.
Как же все это не вовремя. Если я на ногах едва держусь, как я же переживу сегодняшний суд? Вряд ли я там смогу даже два слова связать, пребывая в таком состоянии.
Холодный, бодрящий душ хоть и не сумел вернуть мне вменяемого состояния, но, по крайней мере, помог начать реже зевать и с большей легкостью оставлять глаза открытыми.
Пока собиралась и одевалась, продолжала пребывать в заторможенном состоянии. И лишь тогда, когда Миранда вернулась с очередным отваром от Маршы, мне, наконец, полегчало.
Видимо, старушка все же была в курсе побочных эффектов ее успокоительного зелья. И хорошо, что хоть знала, как это исправить.
Спустя четверть часа от головной боли и сонливости не осталось и следа. И тогда, осознав, что вновь могу не только с трудом держаться на ногах, но еще и предельно ясно мыслить, я поинтересовалась у Миранды, помогавшей мне с прической:
— А что-нибудь известно по поводу вчерашнего нападения?
Герцог же, кажется, обещал разобраться. Не знаю, насколько быстро в этом мире происходит поимка преступников и назначение им наказания. Но, может, суда и вовсе не будет, если моего муженька уже упекли за покушение на мое убийство?
— Приходили стражи. Осмотрели все на дороге, осмотрели экипаж, допросили нас и кучера и после этого ушли, — сообщила мне Миранда.