– Мы сказали ей, что ты погибла. Разбилась в аварии на шоссе… —
Ярость накрывает мою душу, и хочется кинуться на бывшего мужа, чтобы он ощутил всю горечь и боль.
Именно поэтому дочка, пережив серьезное потрясение, замолчала. Мы долго выясняли это с психологом, и она верно предполагала, что похитители возможно говорили те вещи, которые повлияли на девочку. Если были бы чужие люди, то в реальности оказалось еще сложнее. Джим даже не понимал, что делал только хуже собственному ребенку, сказав такую жуткую неправду.
Вечером мы садимся за ужин, и дочка устало вздыхает.
– Пойдем в душ и спать – предлагаю, и составляю грязные тарелки в посудомоечную машину.
Она кивает.
Сьюзи засыпает за пару минут, а я еще несколько часов брожу по пентхаусу и пытаюсь скинуть весь груз прошлого, чтобы перечеркнуть и начать жить заново. Без обид, без разочарований, без подлой лжи.
Яркие огни в ночной темноте окружающего города еще больше навевают тоску и непреодолимое желание позвонить Лану, услышать его грубый бас, но я отдергиваю себя.
Утром в мой кабинет влетает Кристи и тепло улыбаясь, говорит:
– Там Диего просил тебя зайти –
– Хорошо – киваю, и собираю нужные документы. Вероятно, требует отчетности по проверенным делам и договорам.
В офисе босса витает сладковато-пряный аромат мужского парфюма. Я сажусь напротив его кресла, и кладу бумаги на стол. Неожиданно ловлю себя на ощущении, что Диего не похож на злобного мафиози. Задумчивый, собранный, словно ему предстоит важное совещание.
– Санди, между тобой и Ланом ведь что-то есть да? – ставит он в тупик очевидным вопросом.
Есть ли? Или это только маленькая интрижка – я очередная сучка, которую он трахал пару раз?
Молчу. Сама не знаю ответ на этот вопрос.
– Если бы не Лан, мы не нашли бы твою дочь. Мои люди сначала работали по своей схеме, а потом, когда заметили, что отслеживают не только они одни, а еще группировка Лана, то приняли удобную позицию. Мы просчитывали все ходы чуть раньше их. У меня обширные связи, но у Лана больше опыта в таких сложных аферах и есть знакомства среди низших слоев преступного мира. Те, кто не гнушается ничем. Ведь мы все думали, что похитители – твари, которые либо продают детей, либо преследуют только материальную выгоду – Диего говорит, а сам постукивает ручкой по широкой столешнице.
Я сижу в полном шоке, и мне кажется, что это все нереально. Диего никогда не признает поражения, не признается в слабости и тем более о том, что поступил хитро и нечестно.
– То есть Лан нашел бы Сьюзи первым, если бы не ловкие ходы твоих поверенных? – задаю вопрос, и мне становиться мерзко.