После этой тягостной для всех встречи, дочь больше не просила о визитах к отцу. Наоборот, как-то раз она случайно назвала Лана папой и тут же осеклась. Задумалась, и убежала в свою комнату.
А один раз Сьюзи вернувшись с прогулки, возбужденно подошла ко мне с горящими глазами и произнесла:
– Мам! Мы видели сегодня с Рейной дядю! –
– Какого дядю? – насторожилась я.
– Тот, что привел меня к тебе –
Я на секунду потерялась и оглядывая счастливые глаза моей девочки, сказала:
– Сьюзи, не может быть. Этот дядя уехал далеко-далеко –
Рассказывать, что Диего покончил с собой не буду.
– Нет, мам, это он – она демонстративно скрестила руки на груди – Это тот дядя!
– Хорошо, хорошо, я верю тебе – успокоила дочку, и прижала к себе, отвлекая ее на другие вещи.
Возможно, это последствия от всего того, что пришлось пережить Сьюзи. Со временем все забудется, сотрется из детской памяти. Я на это очень надеюсь, потому что все, что перенесла моя дочь – не пожелала бы никому.
Теперь я жила своей жизнью, и понимала, что до этого, с Джимом мы никогда не были мужем и женой. У нас даже не было понятия семейного уюта. Мне нравилось проводить время на работе, нравилось проводить время с дочкой, но общие вечера были иногда в тягость. Видимо, он чувствовал тоже самое, поэтому Стейси и заменила ему меня…
– Детка, ты, о чем задумалась? – прерывает мои размышления Лан, и чуть касается губ.
Я улыбаюсь и отмахиваюсь.
Кто мог знать, что, если бы я не взяла дело Лана, не познакомилась с ним и не пережила самые страшные моменты в жизни, возможно, что тогда бы полюбила Джима, и все сложилось совершенно по-другому.
Согласна была бы я на другой поворот событий?
Нет.
Я бы пережила еще раз весь ад, лишь бы только моя Сьюзи и Лан были рядом. Ради счастливого финала, ради любви, ради того, чтобы больше никогда не потерять самого жестокого преступника, в которого влюбилась без остатка.
Третья по счету попутка остановилась и подобрала голосующего на дороге мужчину.
– Путешествуете? –
За рулем красного седана был словоохотливый старичок лет семидесяти. Он по-доброму улыбался и оглядывал случайного попутчика.
– Да – хрипло откликнулся тот, и отвернулся в окно, разглядывая пустынную степь.
– Меня зовут Каритос, а вас? – допытывался водитель.
Мужчина окинул его взглядом, но снисходительно улыбнувшись представился:
– Рамир —
Поднималась невыносимая жара. Впрочем, в Мексике, по мере приближению к Санта-Крус, пустынные пейзажи сменялись на привычную городскую картину. Солнечные лучи нагревали старый асфальт, а испарения выжигали спасительный кислород.