Над ним даже нарезал зубастый вертолёт, словно присматриваясь, тот это хозяин или нет. А когда убедился, что лик учёного-исследователя изменился, вертолёт закричал:
— Ноу-у-у! — и ринулся на таран, как обречённый на смерть камикадзе.
Но Артур Гедеонович только рот открыл и вертолёт тот проглотил не жуя. Всё-таки он — Голод. И, как любая инфляция, всё рано или поздно съест.
Так что нечего и привязываться.
Демоны, однако, взяли Голода в кольцо. Сатана закричал на них, но те ответили лозунгами, растяжками и кричалками. Каждая из которых так или иначе сводилась к тому, что творчество, а не катаклизмы должны двигать прогресс вперёд.
И только на благо этого прогресса теперь каждый рогатый и безрогий работать будет. А война, мор и смерть — это мелочи, с которыми объединённые силы Земли на раз разберутся, как только вместе одолеют Голод.
Черепушкина порядком уменьшилась в размерах. Но Голод стал только сильнее. Пчёлы дезертировали, и никто её больше не подкармливал. А Голод ещё и издевательски сытно рыгал вертолётными лопастями.
Но тут на поляне запахло жареным.
— Что это за божественный запах? — невольно спросила Ядвига почти человеческим голосом, воровато оглядываясь. — Где эта ангельская еда? Неужто раем запахло?
Из кустов вдруг выскочили Блоди и Иветта, и в один прыжок засунули ей в рот немалую порцию хорошо прожаренного бифштекса. Зубы Черепушкиной тут же сомкнулись и начали жевать против воли разума.
Иногда тело бывает умнее. Знает, чего именно ему требуется.
Еда, например.
— Ангелов на прожарку не было. Но этот шашлык тоже хорош, — ответила Блоди. — Он из гусязавра. Мясо диетическое. Вреда не принесёт. Без крови.
— Ага, кровь мы уже всю выпили, — кивнула подруга-вампирша.
— Но я веган! — воскликнула Черепушкина, только жевать не переставала. — То есть медоед. То есть ничегонеед!
Но при этом она жадно глотала кусок за куском.
— Хватит уже бороться с собой, Ядвига! — заявила Блоди. — Там целый гусязавр в деревянном блюде тебе приготовлен. Пукс постарался с прожаркой велл-дан. Просто возьми и нормально покушай. Сразу все дурные мысли и отступят.
— А мне? — за спинами вампирэсс жалобно взвыла Шар-Лотта. — Хотя лучше шоколадку.
И тут ей в руки один из демонов сунул шоколадный батончик.
— Жуй скорей, — пролепетал рогатый. — Я за чревоугодие ответственный. Но провиант выдают не охотно.
Голод закричал и скорчился от боли. И это был единственный всадник Апокалипсиса, которого поборола любительница сладкого в ночи.
Следом за падением последнего, уменьшились и грибы. Теперь Адовы точно знали, на какой полянке можно собрать урожая на всю деревню.