Сердце ёкнуло. Молодец, Марк. Со стороны все выглядело именно так.
Я повернулся к сестре Макса и просто виновато уставился на неё. Хотелось провалиться под землю и умереть одновременно — ощущение не лучшее, особенно учитывая, что ни того, ни другого я сделать не мог.
— Бессмертный, да? — лицо Сары дергалось как при спазме. — Жаль, что Макс ни**я не бессмертный! Жаль, что сотня ребят, с которыми я выросла на одних улицах ни**я не были бессмертными! Ты убил их всех, — девушка ткнула указательным пальцем в мою сторону и с каждым словом повышала тон. — Каждая мать, оставшаяся без сына или дочери… каждая сестра, оставшаяся без брата… каждый человек из трущоб, который потерял вчера любимого… Все, кто шел за тобой, думая, что ты рискуешь так же, как и остальные… Они все на твоей совести!
Только вот я даже толком не успел никого повести за собой.
Она пыталась сдерживать слезы, но бесполезно. Я же просто не двигался, продолжая глядеть ей прямо в глаза.
— Но ты стоишь здесь и докапываешься до Тины, отпускаешь шуточки… как будто… — к этому моменту Сара уже вовсю рыдала, одновременно с этим начиная истерично посмеиваться, — ты… ты вообще человек?
Казалось, что все моё горло сейчас представляло собой один огромный ком, который я не мог сглотнуть полностью как сильно не старался. Если подумать, что, выслушав эту тираду, я знал, что ответить в свою защиту… то лучше подумать еще раз.
Каждая её фраза звучала для меня как стальной гвоздь, который могильщик выверенной рукой забивал в гроб — попадала прямо в цель и не оставляла никаких иллюзий по поводу происходящего.
То, что я спустя минуту молчания сказал ей в ответ, звучало жалко, неуверенно и даже глупо. Я сказал ей:
— А?
Девушка часто захлопала глазами, глядя сквозь меня, и сжала кулаки.
— Да пошел ты на**й, Марк.
Она быстро зашагала к двери, через которую вышел Родион, не забыв по пути толкнуть меня плечом так сильно, что это развернуло мой корпус на пол-оборота.
— Она разозлилась, — тихо произнесла Тина, глядя на то, как спина Сары исчезает в дверном проеме.
Я медленно повернул голову к УБИшнице и многозначительно посмотрел на неё широко открытыми глазами.
В этот момент справа от меня скрипнул паркет.
— Вижу, поздороваться уже успели, — Родион выбрал самое неподходящее из возможных время, чтобы завалиться в комнату с издевательской ухмылкой.
В руках старик держал небольшую бутылочку темно-зеленого цвета без каких-либо обозначений. Он посмотрел назад, видимо, на удаляющуюся Сару, и, пожав плечами, направился к креслу, где развалился Говард. Честно говоря, я совсем забыл, что он вообще находился в этой комнате… это было несложно сделать, учитывая, что дядя отключился и лежал, не издавая ни единого звука.