— Станешь местным правосудием, хм?..
— Осуждаешь?
— Нет.
— На самом деле, даже это не обязательно. Есть банки крови, — дед отсалютовал мне бокалом, где вино было смешано с кровью, — Я уже наведался в один, в Ярославле. Самый верный вариант. Есть животные. Я тут полазил по сети и узнал, что наши учёные научились создавать синтетические заменители крови… Можно попробовать их.
— Это всё круто, конечно. Но дед, ты должен быть крайне осторожен, — сказал я медленно, взвешивая каждое слово, — Современные методы обнаружения магии…
— Да, внучок, согласен. Не послушать совет тебя, самого хитрого скрытника, будет глупо — перебил меня Дмитрий с многозначительной усмешкой.
Его глаза снова полыхнули красным, и теперь в их глубине читалось что-то новое — понимание, которого там не было раньше.
— Что ты имеешь в виду?
— Да брось, Марк, — дед сделал шаг ко мне, — Я ведь теперь Варг’Шад…
Он сделал паузу, внимательно наблюдая за моей реакцией.
— Теперь я чувствую твою магию… Эту древнюю, первобытную силу, такую похожую у нас с тобой, но не имеющую к обычной магии никакого отношения…
Мои пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Дед медленно обошел вокруг меня, сидящего в кресле, словно изучая.
— Пожиратель, — произнес он наконец. — Ты ведь пожиратель, верно?
Паровоз умчится прямо на границу
2 августа 2031 года. Неподалёку от Тобольского Урочища.
Мелькание высоких деревьев за стеклянной крышей поезда замедлилось — и через несколько секунд они замерли. Со всех сторон послышались облегчённые возгласы.
— Радуйтесь, господа хорошие! Приехали!
Молодой прапорщик с лихо закрученными усами (наверное, именно поэтому он напоминал мне Вальтера), подошёл к дверям антигравитационного поезда, и разблокировал их отпечатком пальца.
— Выходим и никуда не разбредаемся! Места тут дикие, опасные, Урочище под боком. Может, пока вы сюда ехали, кто-то пробрался с той стороны — и теперь только и ждёт, чтобы сожрать вас, когда пойдёте отлить!
— Так в поезде нормальный же туалет? — непонимающе пробасил здоровяк из «Злаготрада», которые сидел в паре рядов от меня.
— Я образно. Выплёвываемся, господа дворяне, не тупим!
За подобные слова в столице усатый прапорщик получил бы вызов на дуэль — запросто. Но тут никто и не думал возмущаться. Даже самым тупым за время пути успели донести мысль, что люди, которые несли постоянную службу у Урочищ, обладали некими…
Нет, не преимуществами — а манерами общения — точно.
И им эта манера общения прощалась — всё-таки люди служили там, где средняя продолжительность жизни составляла не больше трёх лет.