Он с лёгкостью поднял меня и кивнул.
— Я только с радостью синьор Иньиго.
Сидя посреди зала на стуле, поскольку для меня было сделано исключение, я слушал приказ Каликста III о том, что моя задача будет состоять в том, чтобы узнать отправит ли Альфонсо V свои войска папе для помощи против кондотьера Джакомо Пиччинино и если нет, то ещё и уговорить его это сделать.
— Тебе понятен приказ? — поинтересовался он, когда закончил говорить.
— Более чем Ваше святейшество, — склонил я голову, — какими ресурсами я буду располагать для этого?
— Моим письмом и огнём веры в своей груди, сын мой, — Каликст III сурово посмотрел на меня, и я отчётливо понял, что от прежнего Альфонсо де Борджиа: мягкого, справедливого и пытающегося во всём найти компромисс, в папе Каликсте III не осталось ничего. Теперь это был жёсткий, самоуверенный в себе правитель, который ставит перед другими невыполнимые цели, думая, что люди будут их выполнять, рвя на себе рубашку.
— Боюсь Святейший отец с таким набором, это миссия изначально обречена на провал, — я прямо посмотрел на него, — по своему прошлому опыту общения с ним, королю Арагона нужно дать что-то более существенное, чем просто приказ папы. Может есть что-то, что можно ему дать? Земли? Титулы? Обещания?
— Он мой вассал! — жёстко обрубил папа, — пусть выполнит мой приказ, иначе он и его королевства будут отлучены от церкви, так ему и передай!
— Святейший отец, — я сделал последнюю попытку договориться, поскольку не хотел просто так мотаться туда-сюда без малейшего результата, — нельзя идти на переговоры с одним кнутом в руке, в другой должен быть пряник.
— Ты саботируешь мой приказ? — изумился он, — высказываешь мне неподчинение?
Я тяжело вздохнул и склонил голову, поскольку понял, что Каликсту III было плевать на мои разумные аргументы.
— Конечно нет Святейший отец, просто пытаюсь увеличить свои шансы на успех, — миролюбиво ответил я.
— Пусть только попробует сопротивляться Святому престолу! — жёстко рубанул он рукой воздух, — и сразу познает на себе наш гнев!
— Не сомневаюсь в этом Ваше святейшество, — низко поклонился я, прекратив спорить.
— Тогда на этом всё, выезжаешь через три дня! — приказал он.
— Слушаюсь Ваша святость, — поклонился я и один из послушников подошёл ко мне, взял на руки и вынес за дверь, поскольку заседание курии продолжилось по другим вопросам, мой был уже решён.
— Синьор Иньиго, — меня нагнал незнакомый священник, когда я собрался уже уходить, позвав Бартоло.
— Брат? — повернулся я к нему.
— Его преосвященство кардинал Орсини просит вас подождать его, в рабочем кабинете, — передал он послание.