— Я всё ещё не поним… — не договорив, я прикрыл глаза. — Амбулаторный приём.
— Да, Денис, — Настя вздохнула. — Я бы тебе помогла, но я совсем ничего не понимаю во взрослых болячках.
— Примерно как я в детских, — и я посмотрел на кофе. Вот же гадство какое!
— Владимир Семёнович сможет потом приём вести и с конструкцией на руке, но пару дней придётся тебе.
— Денис, тут ещё кое-что произошло, — посмотрел на меня цесаревич. — Тобой интересовался представитель медицинского Совета некто Довлатов. Слышал о таком?
— Нет. Но разбирательства Совета мне не грозят, — отмахнулся я. — Студенты в этих разборках не участвуют, а за все их косяки отвечает непосредственный руководитель.
Почему-то эта новость во мне не вызвала никаких эмоций. Совершенно. Тем более что свои права я прекрасно знал и сомневался, что на меня будут наседать, учитывая как минимум мой статус.
— Всё равно такое пристальное внимание к тебе настораживает, — буркнула Настя. — С ним тебе так или иначе придётся встретиться.
— Я думаю, что господину Довлатову будет проще на приём ко мне записаться, чтобы о чём-то переговорить. Отстоять очередь, отбиться от страждущих, а потом уже в совершенном раздрае и эмоционально нестабильном состоянии рассказать мне о цели своего визита. В общем, если я сдохну, считайте меня героем, — вздохнув, я повернулся к Дмитрию. — Пошли, пару швов сниму.
И, поднявшись из-за стола, вошёл в комнату. Долго смотрел на стоящие у разных стен диваны. После чего повернулся к Великому князю.
— Дима, я сейчас дурацкий вопрос задам, но где, вашу мать, кровать?
Мимо меня проскользнула Ольга и принялась на стол выкладывать всё что нужно для перевязки.
— Это на самом деле очень интересный вопрос, и будь уверен, я не оставлю его просто так, — Дмитрий сел на диван. Не на мой, а на второй, он хотя бы выглядел более устойчиво. — Но пока вам с Настей придётся делить эту комнату.
— Охренеть! — я покачал головой и направился к ванне, чтобы руки вымыть перед перевязкой. — В общем так. Если случится что-то совсем непредвиденное, то я всем буду говорить, что это ты заставил меня жениться, чтобы отпраздновать упразднение Контроля.
— Жениться? — Ольга резко повернулась ко мне. — Постой, ты сказал «жениться»?
— Да, ты всё верно расслышала. И, сестрёнка, вы мне вообще выбора не оставляете, — развернувшись, я столкнулся с побледневшей Настей. — Эм-м, — протянул я, — давай ты не будешь меня бить сковородкой. Я просто обрисовал своей сестре и её мужу перспективу. Возможно, в них проснётся совесть, и они просто уедут, — сказав это, я быстро прошмыгнул мимо неё, надеясь, что все примут моё высказывание за не совсем удачную шутку.