Мне удалось поспать в машине на обратном пути. Дмитрий меня не тревожил, и возле дома я уже чувствовал себя практически выспавшимся.
Махнув рукой водителю, направился к воротам, но, не дойдя пяти шагов, остановился, разглядывая примятую траву, на которой отчётливо были видны бурые пятна. Что здесь произошло? Присев перед подозрительными пятнами, я сорвал несколько травинок и поднёс к носу. Едва уловимый запах серы заставил резко выпрямиться. Демоны? Здесь были демоны⁈
Все мрачные мысли, неуместные самокопания и рассуждения на тему «есть ли у меня душа», сразу же улетучились. Вскочив, я бросился к воротам. Как же так, вашу мать⁈ Я что, зря дом обносил демоническими ловушками?
По двору вышагивала Мурмура. Приглядевшись, я увидел, что у неё явный недостаток перьев. Это что же получается? Ночью и утром, когда мне было так хреново, я мог чувствовать боль своего фамильяра, но принял её за собственные метания? Похоже на то.
— Что здесь произошло? — я схватил заоравшую курицу и поднёс её к лицу. — Что у вас произошло⁈
Курица прекратила орать и моргнула, а потом уставилась мне в глаза своими чёрными злобными бусинами. И я уже не мог оторвать от них взгляд, проваливаясь всё глубже и глубже…
Вынырнув из чего-то жутко похожего на воспоминания Мурмуры, я выпустил её из рук, за что ощутимо получил клювом по голени. Помотав головой, пришёл в себя и посмотрел на курицу, чуть прищурившись.
— Я, конечно, знал, что ты способна отмудохать любую Адскую тварь, — проговорил задумчиво. — Ты специально не дала этому тупорезу войти, чтобы он не застрял в демонской ловушке, вызвав кучу ненужных вопросов? Заметь, про Барона я не спрашиваю. Думаю, он с радостью напал на демона. Этот котяра и меня бы с удовольствием растерзал, но мы успели заключить сделку.
Мурмура мне не ответила, только посмотрела очень пристально и направилась по своим курячьим делам. Я же вошёл в дом.
На кухне сидели за столом Дмитрий и Ольга, а Настя разливала чай.
— Денис, мы тебя ждали, — сказала Настя, ставя на стол четвёртую чашку. — Нам надо быстро позавтракать и в больницу идти.
— Зачем? — я сел, глядя при этом на Дмитрия.
— Буквально час назад позвонила Наталья Сергеевна и сказала, что Владимир Семёнович полез в погреб, чтобы приготовить его к осеннему приёму овощей и разных банок с вареньем. Лестница старая, одна ступенька не выдержала, и он сломал руку, — она вздохнула и села рядом со мной. — Его в Тверь повезли, там какой-то сложный перелом. Хорошо, что рука левая, но плохо, что ему металлоконструкцию придётся ставить.