И все снова уткнулись в тетрадки, но на душе стало мучительно радостно от этого неожиданного чуда. Не терпелось поскорее выйти на улицу, вдохнуть морозного воздуха, пробежаться по скрипучему, нежному покрову и поиграть в снежки — прямо как в детстве.
На большой перемене Яна накинула пальто и выскочила на школьный двор. Уже прилично намело, но снег всё продолжал падать большими белыми хлопьями, накрывая всё вокруг плотным пушистым ковром. И среди этого белого великолепия она вдруг увидела до боли знакомую одинокую фигуру, прислонившуюся к дереву.
Роберт стоял, весь облепленный снегом, и смотрел на неё.
Яна быстро спустилась по ступенькам.
— Привет! — сказала она.
— Привет! — ответил Роберт, смахивая снежинки с её волос и накидывая ей на голову капюшон.
— Вот это сюрприз: то пропадаешь неожиданно, то так же неожиданно появляешься. Первым снегом тебя и принесло, — Яна не могла сдержать радости и широко улыбалась.
— Ты можешь уйти с уроков?
— Не знаю… — засомневалась она. — А что?
— Обожаю снег. Я его очень долго ждал. Пойдём в парк, я тебя покатаю на санках.
Его синие глаза умоляюще смотрели на Яну. Отказать было невозможно, и решение пришло спонтанно.
— Иди за ворота, жди меня, я сейчас.
Яна пулей понеслась в класс, схватила портфель и на ходу бросила Серёжке:
— Если спросят, скажи, что к нам гости приехали неожиданно, родители на работе, поэтому я ушла без предупреждения, — соврала Яна.
— Хорошо, — удивлённо пробормотал Серёжка.
Яна выскочила из класса, в дверях столкнувшись с Юлькой.
— Куда это она? — с интересом спросила та у Яниного соседа по парте.
— К ним гости приехали, — ответил он.
— А-а-а! Видели мы этих гостей, — ехидно хмыкнула Юлька и направилась к выходу из класса.
Сташевский развернулся от окна и выставил свои длинные ноги в проход между партами. Юлька попыталась обойти его, но безуспешно.
— Убери ноги, Алик, дай пройти, — попросила она.
— Сдавать пойдёшь? — осклабился Сташевский, уставившись на неё своим колючим взглядом.
— А тебе-то что? — с вызовом бросила Юлька и задрала подбородок.
— Не надо быть подлой, Волкова, — спокойно сказал Алик, но в голосе прозвучало предупреждение.
— Уж больно мне надо, слишком много чести для этой Росиной, — фыркнула Юлька.
— Дело не только в Росиной — ты стучишь на всех, — громко и членораздельно произнёс он.
У Юльки глаза полезли на лоб от столь неожиданного и прямого обвинения. Класс мгновенно отреагировал: все как по команде перестали галдеть и в полной тишине повернулись в её сторону.
Во взглядах одноклассников сквозила неприкрытая ненависть и презрение.