После недолгих приветствий и знакомств, отчим отводит меня в сторону к группе мужчин, которых я пока что вижу со спины.
План был прост, я должен был увидеть всех действующих лиц, чтобы знать, против кого мы воюем. Ведь Вершинин не единственный, он просто не смог бы сам все организовать, чтобы так четко сработало на всех уровнях. Помимо спонсирования, нужны и мозги, а он ими наделен, но не настолько хорошо.
Саня был прав, что по закону накрыть надо всех, и желательно в одной связке.
Подделка документов — это одно, а вот заказное — совсем другое, вкупе с наркотой и попыткой свергнуть действующую в городе власть можно присесть коллективно, а значит на несколько лет, при условии удачных судебных процессов, мы будем полностью освобождены от твари, посмевшей покуситься на город.
Но пока у нас самая темна ночь…перед рассветом.
Трое поворачиваются ко мне, и я практически обтекаю, потому что это действующая верхушка. Против нас играют на самом высоком уровне, а значит на это дали добро. Либо грядет переворот.
—Губернатор Романовский Илья Викторович…первый заместитель генерального прокурора Мамедов Ильяс Бекбулатов.
—Просто Женя.
—Добро пожаловать в новый мир, Женя. Будешь в команде мэра или примкнешь к правоохранительной системе?
—Он будет с отцом в одном кабинете. Вместе с братом.
Сука, чтоб ты сдох. А ты сдохнешь в мучениях, это я тебе обещаю.
После всех официальных и неофициальных чествований, я отхожу в уголок, приложившись к коньяку.
Бороться против таких людей нужно только с железобетонными доказательствами.
Вершинин подходит ко мне почти сразу, ухмыляясь довольно, словно он победитель.
—Почему не празднуешь с нами?
—Рано праздновать победу, пока власть не в твоих руках.
—Мы на финише, на фоне такого провала действующей власти победить будет просто. А дальше…мы заработаем миллиарды, сын мой. Нас ждут великие дела, — он похлопывает меня по плечу.
—Ты вообще
—Это не помешает нам, потому что мы заслужили получить только самое лучшее. Хватит сильных мира сего у власти, настало время обычным людям взять в руки всю полноту. Каждому по кусочку, сынок, у каждого свое время, и на нашей стороне собрались те, кто готов встречать новый мир. Я всегда думал вот над чем, на что я готов ради того, чтобы стать у вершины? После тюрьмы обелиться невозможно. На тебя всегда будут смотреть как на третьесортного. Все эти напомаженные подонки, взирающие на нас с экранов. Богатые мажоры, однажды захватившие власть в свои руки, а затем узурпировавшие ее навсегда, думают, что они боги, — он ухмыляется, злобно вперяясь в меня больным взглядом.