1. Телохранитель. Мы под запретом. 2. Больше не моя. Искупление (ДИЛОГИЯ) — Юлианна Орлова

 

Пусть и пытается меня успокоить.

 

—Да, — выдавливаю из себя.

 

Яне после таких сложных родов не хватало только молока лишиться, а Настя и так сплошной комок нервов. Ее сдерживает разве что наша компания. А еще может и постоянные разговоры о беременности и ее безусловная любовь к ребенку.

 

—Вот и все. Идем ужинать тогда,— кивает, натягивая на лицо несмелую улыбку, и только в глаза читается все и даже больше, как бы ни старалась она это скрыть.

 

Я думала, что я сильная, что я все могу, но на деле…я слишком сильно волнуюсь о родных, а надо быть как Маша. Надежный тыл, пусть и на расстоянии.

 

Теперь я каждый вечер смотрю новостные ленты, чтобы днем не показывать свою бурную реакцию на них. Знаю, что маша тоже смотрит. Мы с ней в сонастройке.

 

—Как там Женя, не звонил? — взволнованно спрашивает Настя, обхватив живот двумя руками в защитном жесте.

 

—Писал, просил передать тебе привет и что…скоро увидитесь, — вру, потому что на связь Женя не выходит после единственного ответа на мой вопрос. А мы ведь еще и условились, что я не буду ему писать, он сам будет выходить на связь. Выходит, и тут нарушила первая я.

 

Надеюсь, это никак не аукнется никому из нас.

 

—Машенька уже покушала?—переводит тему Маша, и я тут же замечаю, как к нам выходит Яна. Невыспавшаяся и помятая. И хоть мы ей помогаем, она все равно хочет следить за ребенком сама. Наверное, обостренный материнский инстинкт срабатывает.

 

—Покушала, — метает злобный взгляд в нас, и я, кажется, понимаю почему.

 

Сдав дочку бабушке, она подходит ко мне и, схватив за руку, ведет в сторону бассейна. Давление тут же подскакивает, я очень хорошо понимаю, что будет дальше.

 

—Ты новости видела? — шипит змеей, а взгляд такой, искрящий всеми оттенками красного.

 

Киваю.

 

—Какого лешего мне не сказала?! С ума тут посходили? Мне пишут знакомые, как я и что я, а что я? — пылает от гнева Облачко, а я нервно кусаю губы, беглым взглядом осматривая все вокруг нас.

 

—Не хотели, чтобы ты волновалась, — нервно вздыхаю, переводя на нее взгляд побитой собаки.

 

—Пиздарики на воздушном шарике, как говорит мой муж! Который тоже не выходит на связь! С ума сойти с вами всеми!— впивается в волосы, и переводит теперь на мать меткий и недовольный взгляд. —мой муж арестовал моего отца! Я этого засранца узнаю в любой форме!

 

—Насте не надо знать, она будет думать, что все пошло «не так», — шепчу еще тише, и Яна, раскрасневшись, кивает.

 

А вечером выходит обращение мэра к жителям города…

 

*******************************************************

 

В общий чат его кидает Яна, а у меня мурашки по коже.