— Она ничего не почувствует, — сказал ариканец. — Мозг полета не перенесет, а тело до нужного срока продержит капсула. Главное, чтобы жидкости циркулировали и органы не сгнили.
— До старта шесть минут. Иначе не успеем пройти мимо патруля, — сказал арахнид. — Спрячь ее в третьем отсеке.
— Там боевые пауки.
— Именно. Если нарвемся на патруль, туда не сунутся. Прикажи молодняку охранять самку. Чтоб хоть чем-то были заняты, пока летим. И засунь ее в капсулу. Смотреть противно.
Капитан повернулся и пошел в сторону командного мостика. Системы корабля тут же оповестили о подготовке к старту. Ариканец сжал губы, потянул воздух носом. Запах самки показался приятным. В коридоре сработали работали световые датчики. Зашипела система герметизации, состав дыхательной смеси начал меняться. Ариканец подхватил женщину на руки и поспешил к лифту.
Подходящих медицинских капсул, которые могли помочь женщине адаптироваться в новых условиях и пережить космический перелет, на корабле не было. Поэтому ариканец уложил ее в транспортировочный бокс для крупных животных и включил систему жизнеобеспечения. Надеялся, что это поможет сохранить органы в более-менее пригодном для размножения состоянии. На то, что ей удастся выжить, не надеялся. Помнил, конечно, историю с женой принца нагов. Но там все сходились во мнении, что выжить попаданке помогло чудо. В этот раз на чудо никто не рассчитывал.
Он открыл узкий шлюз, подозвал небольшого, но очень опасного паука, распорядился охранять груз, как самое ценное, что есть на борту. А потом подумал, и добавил:
— Она должна остаться живой.
Сказал он это не потому, что заботился о благосостоянии пленницы, а потому что хотел посмотреть, как боевого арахнида растерзают родичи, после того как обнаружат, что приказ не выполнен. А жить самке, судя цвету лица, осталось недолго.
Глава 2.
Космопорт планеты Дарини
— Губернатор! — обратился к Ханторасу худощавый дракон в черном бархатном костюме. — Мы рады видеть вас на планете.
Обращение «губернатор» заставило нага едва заметно поморщиться. Оно казалось каким-то инородным и совсем неподходящим.
Сегодня Хан нервничал сильнее обычного и с трудом сдерживал превращение. Срываться по пустякам было нельзя. Он взрослый наг. С этого дня под его управлением была целая планета. Небольшая, но все же планета. И он был обязан обеспечить здесь порядок и безопасность. Только змеиной сущности сейчас было плевать на формальности. Она чувствовала опасность и пыталась вырваться наружу, как это часто бывало в бою. Вот только сейчас ему ничего не угрожало. Ни ему, ни порту, куда он прибыл, ни персоналу, который находился на площадке, ни его солдатам.