Именно так я себя и успокаивала, когда приговорила уже пятый кусок сочного стейка и заела его сметаной! А вот от вида моих любимых овощей меня чуть не стошнило. Я с ума сошла. А еще почему-то захотелось тортика. Да пожирнее и послаще! Совести моей надолго не хватило, я смирилась с тем, что этой ночью пала жертвой ночного жора.
Снова позвонила в доставку. Торт мне привез тот же курьер. На еще две платы сырого мяса, я уже не обратила внимание. Акция так акция!
Наевшись до отвала, я пообещала себе завязывать с обжорством. Сообщение от Джо, что у меня вдруг ни с того ни с сего образовался отпуск длиною в три дня, удивило, если не сказать насторожило. Но… это было очень кстати.
Слонялась из угла в угол и не знала куда себя деть с ужасом понимая, что я неисправимый трудоголик и несмотря на то, что могла еще целый день бездельничать, решила отправиться на работу. Раздавшийся звонок остановил мой забег по квартире, я подошла к смартфону. Выругалась, ведь так и забыла перезвонить маме, отправив той лишь сообщение, что со мной все в норме. Хотя вряд ли те прошедшие два дня можно назвать нормальными. Провела пальцем по экрану, принимая вызов.
— Да, мамуль. Привет. Да. Все нормально. Дома. Ничего не делаю. Джо дал мне три дня на отдых. Мама, у тебя столько вопросов, — я потерла переносицу пальцами, прикрывая глаза. Очевидно, что я еще слабо соображала и тупила. Маме пришлось притормозить с расспросами, если она хотела услышать на все ответы. — Не заболела. Не знаю, что на уме у Джо. Когда в последний раз был Адам у меня? А это-то к чему? Третий день сегодня. Не надо приезжать. Я же говорю, что в порядке. Ладно, я все же наведаюсь на работу, вспомнила, что кое-что не указала в последнем отчете. Я позвоню. Обязательно. Нет. Не нужно вмешивать отца. Да. Можешь передать ему привет, если тебе так хочется. Целую, — упала спиной на кровать и уставилась в потолок, уронив телефон на кровать рядом.
Как всегда горечь разлилась на языке. Так было всегда, когда мама упоминала о Роберте. Я перестала его звать отцом, когда узнала, что у того есть жена, с которой он не собирается разводиться. Мне тогда было примерно четырнадцать. Больно было узнать, что мы для него так… запасные. Наследника у него в том браке нет. Потоэму, что его держит в тех отношениях, я не понимала. Злилась на него. Мне было искренне обидно за мать. Сколько бы я ни ругалась с Робертом по этому поводу, объясняя, что это не правильно, что он унижает нас этим — все без толку. Он лишь говорил, что я просто ничего не понимаю… Да уж куда мне против серьезного владетеля транспортной компании нашего города.